Окутанная солнцем

– Ну и хорошо, – заключила Кора, заходя в спальню и скидывая с себя грязные вещи.

Пройдя в ванную, она открыла кран и налила немного пены, которая тут же белым, увеличивающимся облаком начала захватывать поверхность набиравшейся в ванне воды. Надо было расслабиться. А лучшего способа, чем принятие ванны, Кора не знала. Раздевшись, женщина погрузилась в благоухающую воду и закрыла глаза. Все шло по плану. А это было главное...

Трини с головой окунулась в работу. С того самого момента, как отец показал ей «Фортуну», она влюбилась в это заведение.

Конечно, многое здесь предстояло переделать. Но она уже горела желанием поскорее заняться преображением этого помещения.

Связалась со своей школьной подругой, которая занималась дизайном. Высказала той свои пожелания и предложения. И с нетерпением ждала, пока та предоставит готовый проект. Переговорила с отцом, чтобы посоветоваться насчет бригады рабочих.

Трини только что не ночевала в «Фортуне».

Она задумала создать ресторан французской кухни. Конечно, в меню они предложат и другие блюда, но преобладать все же будут французские.

Она еще не знала, где ей найти гениального шеф-повара, но уже буквально рыла носом землю в поисках подходящей кандидатуры.

Когда подруга представила ей образцы, Тринити вздохнула с облегчением. Она не ошиблась в выборе. И то, что увидела на предлагавшихся проспектах, ей очень понравилось.

И она взялась за реализацию проекта.

Тринити совершенно вымоталась за эти дни. Несколько раз приезжал отец, чтобы посмотреть, как она справляется.

Девушке казалось, что он остался доволен увиденным. А она очень хотела, чтобы это было именно так, потому что видела в этой, поглотившей ее с головой, работе свое будущее.

Порой, когда она, уставшая и обессиленная, приходила домой, то, укладываясь в кровать и ощущая прохладную шелковистость постельного белья, думала о Джонатане. Поразительно, но, как бы ни ненавидела она его, как бы ни презирала, Брукс оставался для нее самым привлекательным мужчиной на земле. Возможно, если бы они переспали тогда, во времена ее юности, все бы уже давно прошло.

И она смогла бы относиться к нему более спокойно.

Теперь же Трини просто не знала, что ей делать. Ее тянуло к Джонатану. И ей все сильнее хотелось услышать его, заглянуть в его голубые глаза и увидеть весело усмехающийся рот... к которому так и тянутся ее губы...

Обычно на этом моменте она проваливалась в тяжелый сон без каких-либо сновидений.

Мартин вздохнул. Прошелся по кабинету и вновь сел в кресло.