Окутанная солнцем

Неужели это она? Но, в таком случае, когда она стала такой? Ведь раньше Трини не замечала за собой подобного поведения. Однако стоило ей столкнуться с Бруксом, как все разумные доводы, которые всегда руководили ее поступками, улетучивались из головы, уступая место эмоциям и чувствам.

– На, выпей воды. – Джонатан протянул ей стакан, наполовину наполненный прозрачной жидкостью.

Девушка послушно сделала несколько глотков и взглянула на него, чувствуя, что бушевавшая внутри нее буря стихает.

– Зачем ты пошел на это? – спросила она, подразумевая контракт с Шарлиз Уинтроп.

– Трини, – ласково заметил Джонатан, принимая из ее рук пустой стакан и ставя его на стол, – если бы ты перестала видеть во мне врага, ты бы обратила внимание на то, что все, что я делаю, вовсе не направлено против тебя...

Он приблизился к ней и взял ее за руку. Легкая дрожь пробежала по всему телу девушки от его прикосновения. Словно тепло его пальцев передалось ей, неся с собой новые ощущения.

Подняв голову и посмотрев на Брукса, Тринити словно растворилась в его взгляде. Будто все мысли и проблемы, которые до этого будоражили ее существование, ушли в небытие, а их место заняли чувства и эмоции, захватившие ее всю целиком и не поддающиеся разумному объяснению...

Не в силах отвести взор, девушка стояла перед Джонатаном. И ее рука, которую он все еще держал, служила проводником между ними, посылая сигналы, заставлявшие каждого из них чувствовать удивительную близость.

Они не знали, сколько прошло времени, пока не раздался деликатный стук в дверь и в кабинет не вошла женщина.

– Мистер Брукс, у нас некоторые проблемы, – произнесла она.

Трини вздрогнула, убрала руку и покосилась на вошедшую. Но в глазах помощницы Джонатана не проскользнуло ни грамма интереса по поводу того, что открылось ее глазам. Словно он, ее шеф, был совершенно один.

– Подожди меня, я скоро вернусь, – шепнул он Тринити и вышел вслед за служащей.

Девушка посмотрела, как закрывается за ним массивная дверь кабинета. И только когда он ушел, ощущение единства с этим человеком отпустило ее, возвращая трезвость мысли.

Что она делает тут? Разве она не поклялась себе больше никогда не связываться с этим человеком? Так почему же тогда позволяет ему так поступать с собой? Так влиять на нее?

Торопливо подойдя к двери, она вышла из кабинета. Поблизости никого не было, и Трини беспрепятственно добралась до выхода.