Окутанная солнцем

 – Кора выглядела растерянной, она отошла от него, сделала несколько шагов к огромному окну, сквозь которое в кабинет проникали лучи света, и уставилась на улицу невидящим взором. – Когда это произошло? – спросила наконец она. – Ведь только недавно твое сердце было совершенно свободно. Я знаю это.

– Чувства порой захлестывают нас неожиданно. Ты наверняка и сама это знаешь...

– Да, – она немного помолчала, – видимо, должна знать...

Но она не знала. Никогда еще любовь не посещала ее. Такая, что хотелось петь и весь мир вокруг казался прекрасным.

Поэтому для нее, как для разумной и расчетливой женщины, всегда оставалось загадкой, как другие могут попадать под власть этих безудержных эмоций и еще выглядеть при этом счастливыми.

Джонатан не обратил внимания на произнесенную ею фразу. Он задумался о том, что предмет его любви сейчас рвет и мечет, полагая, что он изменяет ей. Он даже представить сейчас не мог, насколько сильным будет гнев, обращенный на него. Но по тому, как внезапно заполыхали его уши, догадался, что именно в этот момент Трини клянет его на чем свет стоит.

Кора помолчала, не зная, что еще сказать, и видя, что собеседник думает о чем-то своем. Она, конечно, слышала, как кто-то входил в кабинет, но предположила, что это был кто-нибудь из служащих, а потому не очень беспокоилась об этом. В конце концов, они с Мартином уже развелись. Так что теперь она вполне свободная женщина...

Она подошла к Бруксу, взглянула на него в последний раз, словно провела ласковым солнечным лучом по лицу.

Пусть запомнит ее красивой. Не отчаявшейся, каковой она ощущала себя в этот момент, а самодостаточной женщиной, которой все по плечу. Ни к чему оставлять в его памяти образ несчастной и жалкой глупышки-блондинки. Кто знает, как в дальнейшем повернется жизнь.

– Прощай, Джонатан, – с улыбкой произнесла Кора, – желаю тебе всего самого хорошего.

– Спасибо, – поблагодарил он, не отводя от нее глаз. – И у тебя в жизни пусть тоже все наладится.

– Будем надеяться, – хмыкнула она и, повернувшись к двери, удалилась, оставляя его одного.

Как только она вышла, Брукс достал мобильный телефон и набрал нужный номер. В напряжении замер, ожидая соединения...

Кора смахнула несколько непрошеных слезинок. Нет, она не будет плакать. Она сильная женщина. И никакие неприятности не испортят ей жизнь.

Однако одиночество снова навалилось на нее, тяжелым гнетом прижимая к земле, и если бы не чувство собственного достоинства, она бы упала и заплакала от беспомощности.