— Какая милая у тебя невеста! Я Вероника, можно обращаться ко мне на «ты». Терпеть не могу этого гадкого «вы».
— Ксения, — робко кивнула я.
— Олег, — подал голос со своего места бойфренд, и я почувствовала, как мой спутник напрягся. Да, Руслан уже его ненавидел. Мы оказались в очень невыгодном положении — стоя перед развалившимся в кресле мужчиной, и это взбесило моего будущего мужа. По этикету, он должен был подняться нам навстречу вместе с матерью.
Я умоляюще сжала его руку. Только не скандал в наше первое знакомство!
Тихонов скользнул в мою сторону угрюмым взглядом и отодвинул стул, приглашая меня сесть.
Мы оказались за столом. Официант принес рождественское меню.
— Вы же не беременны, сынок? — наигранно весело улыбаясь, рассматривала кольцо у меня на пальце Вероника Константиновна.
— Отчего такие мысли? — приподнял бровь Руслан, а я сконфуженно опустила глаза в пол.
— Просто… ты так долго был один, а теперь вдруг решил жениться.
— Мам, все когда-то женятся, — снисходительно усмехнулся он. — Да и не двадцать мне давно уже. И нет, мы не беременны, если тебе так интересно.
— Это хорошо. Как-то страшно снова становиться бабушкой.
К тому моменту, как принесли жаркое, его мать опустошила почти всю бутылку белого вина и приступила к нашему шампанскому.
Ее бойфренд пару раз что-то мычал в унисон общей теме разговора, но тоже злоупотреблял пивом. Руслан заказал себе водки, и когда принесли горячее, они бодро пили его водку из графинчика за знакомство.
Мне было неловко. Какой-то скомканный вечер. Руслан мрачно пил водку, жевал запеченную рульку и почти ничего не говорил. Зато его мама щебетала за всех четверых. Чем больше она пила, тем активнее лился поток фраз из ее уст.
Начались расспросы о моей семье, и я изо всех сил старалась перевести тему в другое русло. Невыносимо было вспоминать о том, что мы пережили за последние два месяца.
На счастье, Вероника Константиновна вдруг вспомнила, каким чудесным малышом был Руслан, и я выдохнула.
Правда, теперь мой будущий муж побагровел и начал тарабанить пальцами по столу, но моя нервная система была спасена. Мне казалось, что если она задаст хоть один вопрос о смерти папы, я не выдержу.
— Он был прекрасным мальчиком! В годик весил в два раза больше нормы, а какие щечки у него были! — щебетала Вероника Константиновна, весело хлопая сына по руке.
