Губы впивались в шею, руки уверенно освобождали плечи от платья, а мое сердце бешено колотилось в горле от волнения.
Тихонов развернул меня к себе лицом, и тут же обрушился на мой рот горячими поцелуями. Его пальцы скользили по обнаженной коже, поглаживали, и я, почти отключившись от реальности, робко подавалась навстречу ласкам.
Он приспустил бретели лифчика и покрыл горячими поцелуями оголенные плечи. Потянул расшитые черным кружевом чашечки вниз и быстро расправился с застежкой, скрепляющей их спереди.
Я тихо вскрикнула, но он тут же накрыл мои губы поцелуем и подтолкнул к постели. Платье упало к моим ногам, и я, чувствуя себя совсем беззащитной, покорно села на край кровати.
Тихонов, опустившись на колени, осторожно снял с меня красивые колготки.
Затем поднялся и медленно стянул через голову стильный джемпер. Аккуратно положив его на узкий деревянный пуф у подножья кровати, он поднял с пола мои вещи и сделал то же самое.
Я сглотнула, вжалась в кровать, и вдруг меня накрыло волной паники.
Он никуда не торопился. Будто матерый хищник, любовался своей застывшей в страхе жертвой. Его уверенная расслабленность никак не помогала мне взять себя в руки. Меня трясло, и совсем не от холода.
Тихонов подошел ко мне в одних джинсах, и моему взору открылся великолепный торс. Уверенно расстегнул ремень, и я окончательно растерялась. Сидела на краю роскошной постели в одних трусиках, впивалась взмокшими от волнения ладонями в покрывало и чувствовала, как от страха стучат зубы.
Все, чего мне хотелось — это схватить одежду и броситься прочь."
"— Надо было тебя напоить, — внимательно посмотрев на меня, изрек мой партнер.
Мне стало совсем не по себе.
— Просто расслабься. Хорошо?
Я не ответила. Сидела, выпрямив спину, будто в ступоре, и продолжала нервно сжимать покрывало.
Он откинул покрывало с другой стороны постели и быстро стянул джинсы.
— Иди сюда, Ксюша. Под одеялом будет проще.
Я заставила себя юркнуть под мягкое и теплое одеяло, и закрыла глаза.
Глава 21.
Я заставила себя юркнуть под мягкое и теплое одеяло, и закрыла глаза. Стало немного спокойнее, но дрожь не прошла.
Тихонов привлек меня к себе и начал гладить. Его руки скользили вдоль изгибов моего тела, и я медленно расслаблялась от приятного тепла.
Он накрыл ладонью мою вздымающуюся от волнения грудь. Пальцы легонько сжали сосок, и я тихо всхлипнула. Прильнув губами к тугим горошинам, он принялся с ними играть.
