Лучше делового образа не придумать.
Я узнала ее сразу. Кузнецова Яна Анатольевна заведовала финансами, имела очень жесткий характер, и от нее разве что не шарахались в коридорах. Именно она сверлила меня полным презрения и насмешек взглядом на планерке, заставляя чувствовать себя полным ничтожеством. Это ее я подвинула, отправившись с Тихоновым в клуб.
— Далеко собралась? — сверкнула взглядом зеленых глаз Кузнецова.
В следующий миг бросилась вперед и с силой толкнула меня о стену.
Я не ожидала атаки. Так больно ударилась головой о кафель, что потемнело в глазах.
— Пошла вон из «АРТАМАСА»! Ясно тебе?! — прокричала мне в лицо она. — Не смей рядом с Русланом тереться!
Я даже не успела сфокусировать взгляд, как у лица щелкнул складной нож.
— Я слов на ветер не бросаю, поняла? — сжимая мое горло второй рукой, прошипела соперница. — Если не хочешь лишиться своего смазливого личика, пиши заявление об уходе завтра же! Иначе никакая пластика вернуть лицо не поможет! О конкурсах красоты и телевидении забыть навсегда придется!
Тонкое лезвие уже коснулось щеки, как вдруг за спиной послышался рык Тараса.
— Э! Я не понял, это что здесь такое?
Нож исчез. В тот же миг, как будто его и не было. Блондинка выпустила меня из плена своих цепких пальцев и холодно улыбнулась.
— Мужчина, вы дверью ошиблись. Вам не место в женском туалете.
— Пошла отсюда! Живо! — хрустнув костяшками пальцев, пошел в наступление Тарас. — Еще раз на девятом этаже тебя увижу, пеняй на себя!
— Ты мне угрожаешь?! Что ты себе позволяешь, быдло боксерское?! — взвизгнула та.
Зрение, наконец, полностью восстановилось. Перед глазами всплыла надпись на бейджике: «Финансовый директор, Кузнецова Яна Анатольевна». Видимо, Яна Анатольевна не знала, что ко мне приставили охрану, и решила избавиться от меня с помощью проверенного метода — просто запугать.
Только, видимо, охране Тихонов платил зарплату не зря.
Тарас не медлил. В тот же миг грубо толкнул финансового директора к выходу из дамской комнаты.
— Давай, пошла отсюда! Или показать, где лифт? — назидательно рычал боксер.
— Я тебе еще устрою! — зловеще пообещала ему моя соперница, и дверь дамской комнаты захлопнулась.
Я втянула грудью воздух. Сердце колотилось в висках, затылок ныл от боли, а руки жалко дрожали.
На меня еще никогда не набрасывались вот так, исподтишка, да еще и с ножом.
«Это только начало», — растерянно взглянув на себя в зеркало, подумала я. Не отвяжется же она. Никак не отвяжется. Я ей дорогу перешла.
