Переоделась в джинсы и любимый бежевый свитер, затянула волосы в «хвостик» и выглянула на кухню.
— Тетя, подарки оставляю в гостиной. Пожалуйста, откройте их после боя курантов."
"— Предохраняйтесь, — подняв указательный палец вверх, назидательно пробормотала тетушка.
Бабушка странно улыбнулась и промолчала. Я горько вздохнула. Видимо, она окончательно потерялась в реальности, если даже не реагирует на тетины слова и мой уход.
Выпорхнула из подъезда с объемным пакетом и осмотрелась по сторонам. Внедорожник Тихонова вывернул из-за угла через минуту.
Он был один. Без охраны, без костюма. В джинсах, пуловере и короткой дубленке. Так, как я любила больше всего на свете.
Увидел меня, и на лице вспыхнула улыбка. Кажется, мы оба сгорали от нетерпения вместе встречать новый год у него дома.
— Приветик, — я забралась в машину.
— Привет, — чмокнул меня в губы он. — Я тут твоим родственникам шампанское, красную икру, шоколад привез. Поднимусь, отдам. А то нехорошо как-то, не поздравить.
— Хочешь, с тобой пойду?
— Сиди уже, я сам, — усмехнулся Тихонов.
Выбрался из машины, достал из багажника большой пакет и скрылся за дверью подъезда.
Через пять минут спустился обратно.
— Отдал?
— Разве не видно? — оттирая с щек тетину алую помаду, весело фыркнул он. — Кстати, продукты я тоже купить успел. Будем готовить салаты.
— Все, что угодно, только не сельдь под шубой, — взмолилась я. — Терпеть не могу ее готовить.
— Не понял, какой новый год без шампанского и сельди под шубой? — угрожающе приподнял бровь Тихонов.
— Ничего не знаю. В полночь сельдь должна быть на столе.
— Далась она тебе? — обреченно поморщилась я.
— Далась, Ксюша, — фыркнул он. — Это мое любимое блюдо.
Включил зажигание, и машина медленно двинулась по неочищенной от снега дороге в сторону его жилого комплекса.
Гораций прыгал вокруг меня всей своей огромной черной тушей, и я едва успевала уворачиваться от его мощных лап.
Ель мы поставили в гостиной, там же было решено накрыть праздничный стол.
А пока на плите варились ингридиенты для салатов, я, затаив дыхание, разбирала сверкающие елочные украшения, купленные в «Снежинке».
Я достала хрупких ангелочков из хрусталя, и вспомнилась встреча с Кузнецовой. «А ты… что-то совсем пропал? Хотя… с такой спутницей, не удивительно. В приличных местах не появишься».
Меня до сих пор задевали те ее слова. Как будто я — человек второго сорта и встречаться со мной зазорно.
