Олигарх-подкаблучник

И в ответ только рявкнул:

— Не встревай в это дело, если не хочешь меня под пулю подставить!! Если тебя спросят, ты ничего не знаешь. Про меня ни гу-гу!

Николай выразительно промолчал. А Андрей Сергеевич начал медленно прозревать.

— Так это ты отец ребенка?

— Они тебя не поймут!

— И это еще мягко сказано, — вздохнул Николай. — Но еще есть надежда. Леночка меня обожает. И сказала, что ради меня готова на все.

— Ну, никому не скажет, кто отец ее ребенка. Но уж и ты не подведи. Не выдай меня!

— А я-то что?! — изумился Андрей Сергеевич.

 — Я тут вообще не при делах. Я и о том, что Леночка беременна, от тебя только узнал.

— Это-то понятно, — снова вздохнул Николай. — Слушай, неужели ты еще ничего не понял?

— А что я должен был понять?

— Я с ней на твоей холостяцкой квартирке встречался. Понял теперь?

Андрей Сергеевич даже не сразу осознал масштаб драмы, в которую его втянул Николай. Леночка — дочка их общего приятеля. И мало того, что приятеля, как раз сейчас Андрей Сергеевич затеял расширение своего бизнеса.

И занял крупную сумму денег у отца Леночки. И если тот потребует возврата долга, Андрей Сергеевич пропал. Вернуть долг ему пока просто нечем. Придется взять сумму в банке под ужасающие проценты. А это катастрофа! Крах!

А отец Леночки, прознав, на чьей именно квартире встречалась дочь со своим любовником, неизбежно захочет прищучить Андрея Сергеевича. Ни за что он не поверит в то, что Андрей Сергеевич ни сном ни духом. Дураков нет!

И уже более не сдерживаясь, Андрей Сергеевич завопил и даже затопал ногами, чего не случалось с ним с десятилетнего возраста:

— Идиот! Кретин! Дурак! Как ты смел втянуть меня в эту историю? Ты хоть понимаешь, чем нам это грозит? Мало на свете других девчонок? Нет, тебе понадобилась именно дочка твоего компаньона! Да Свиридов в своей девчонке души не чает! Он в порошок сотрет любого, кто посмеет причинить ей вред!

— Но я не хотел вредить! Я даже в некотором смысле совсем наоборот!

— Вот и развлекался бы с ней наоборот! Не в моей квартире!

— Но такой удобный случай подвернулся, — оправдывался Николай.

 — Всем известно, что после шести вечера ты всегда подле своей супруги, изображаешь прекрасного мужа. А я могу домой и к девяти, и к десяти, и к одиннадцати вернуться. Нам с Леночкой двух часов за глаза и за уши хватало. Потом она к родителям, я к жене, и все у нас с ней было прекрасно!

— Но она залетела! Как ты это допустил?

— А что я мог? Она сказала, что пьет таблетки.