Олимпиец

— Э-э-э-э, народ. Это Алекс, — представил меня Болтун и отошел в сторону, пропуская меня вперед. — Он принес товар.

Я зашел в комнату и огляделся.

Кроме парня за моей спиной, в помещении было еще пять человек. В дальнем углу с невозмутимым лицом и слегка прикрытыми глазами и опершись на стену стоял Рью. Мы встретились взглядами. Он слегка наклонил голову в качестве приветствия, убрал ладонь с рукояти катаны и поставил оружие на пол рядом с собой.

Я кивнул в ответ. Хорошо, что он здесь. И настроение у него нормальное, что тоже хорошо.

— Это он? — визгливо протянула костлявая женщина с явно крашеными волосами. — Этот сопляк? Сколько ему? Четырнадцать? Макар, как ты можешь это терпеть!

Она презрительно скривила губы, отошла от квадратного деревянного стола посреди комнаты и положила руки на плечи незнакомому мне мужчине.

Тот был толстоват и невысок ростом. Даже меньше меня, а ведь я никогда не причислял себя к гигантам. Завершала образ огромная лысина на полголовы, которую мужчина пытался безуспешно прикрыть тремя зачесанными вбок волосинами.

Смотрелось… так себе.

— Если ты думаешь, что получишь хотя бы копейку! — яростно прохрипел он, отчего его вены на его шее опасно вздулись, и ткнул в меня похожим на сосиску пальцем. — То ты сильно ошибаешься, молодой человек. Сильно ошибаешься! Верно я говорю, Семен?! Семен?

Огромный парень на стуле справа от входа отмахнулся и с трудом повернул лохматую голову в сторону. Судя по мутному взгляду и стойкому запаху перегара, его мучала последняя степень похмелья.

Отвечать здоровяк не собирался. Если и мог вообще. Он и сидел-то с трудом.

Я перевел свой взгляд на последнего участника этой жалкой пародии на «Друзей Оушена». Точнее, участницы. И она, пожалуй, была интереснее всех.

Молодая шатенка лет двадцати пяти. Острые черта лица, будто их вытачивали сразу из кого-нибудь мрамора. Но больше всего выделялись глаза.

Из одежды на девушке был белоснежный хитон, подвязанный тонкой серой бечёвкой, и кожаные сандалии на босу ногу. Очень… по-древнегречески? Так сейчас одеваются только жрецы да аристократы на прием. И то, если им станет скучно. Обычный народ предпочитал вещи попроще. Юбки, футболки, кроссовки, там.

А теперь самое забавное. Она сидела в кресле и… печатала.