– Это он трассу для слалома делает, – сказала Шапочкина.
– Знаем, – буркнул Ведеркин. – Ты лучше скажи, зачем дед сов взял?
– Наверное, чтобы в темноте светить, глаза у них – яркие как фары, – предположил Котелков.
Впрочем, истинная причина выяснилась ещё до наступления темноты.
Снеговики несколько раз прошли слалом. Затем опробовали горнолыжную трассу. Если не считать трех легких падений, двух средних ушибов и одной сломанной ёлочки, в целом результаты были неплохие. Наверх спортсменов по очереди поднимали Декабрь, Январь и Февраль.
За это время Ведёркин присмотрел небольшую скалу, нависающую над обрывом.
«Отличный трамплин», – подумал он. И пока все спускались по наезженной трассе, решил совершить пробный чемпионский прыжок.
Ведёркин как следует разогнался, но одной лыжей наскочил на какой-то камень, кувыркнулся… и полетел с высокого обрыва вниз головой:
«Эх, пропало мое ведёрко!» – подумал снеговичок.
Однако метрах в десяти от земли его ухватили когтистые лапы, и Гага с Савелием медленно опустили горнолыжника на снег.
– Я вам мышей наловлю. Их на конюшне полным-полно, – придя в себя, пообещал Ведеркин спасителям. А дедушке поклялся без разрешения не прыгать в незнакомых местах.
Катались, пока не стемнело. Вечером Дед Мороз развёл костёр и уселся рядом, подбрасывая сухие ветки.
– Ты, замёрз, дедушка? – спросила Косичкина.
– Нет, – улыбнулся Дед Мороз. – Это для красоты. Поход без костра всё равно, что Новый год без ёлки!
Так близко снеговики видели огонь лишь однажды, когда в прошлом году подожгли сарай.
Зрелище было завораживающее.
– Он похож на большой живой цветок, – вздохнула Берёзкина. – Так красиво, что у меня сейчас слёзы польются.
– Ты от костра отодвинься. А то у тебя всё польётся, – одернул её Чугунков.
– Дедушка, а правда, что однажды Снегурочка прыгала через огонь и растаяла? – спросил кто-то.
Дед Мороз покачал головой.
– Я так и знала, что это сказка, – сказала Шапочкина.
– Сказка – это то, что может быть правдой, – возразил Старометёлкин. – Если прыгнет обычная девочка, то просто получит ожог.
А если снеговичка – растает.
– Умная мысль, – сказал Дед Мороз. – Но давайте спать. Завтра трудный день.
Снеговики нашли сугробы помягче и улеглись.
– Здорово в горах, – зевнул Морковкин. – И воздух свежее, и снег чище, и звёзды – крупнее…
– Конечно, на триста тридцать восемь снеговиков ближе, – отозвался из соседнего сугроба Котелков.
Когда ночью Морковкин проснулся, костёр уже погас. В небе светили пять лун.
