Омерта

Мои ноздри напрягаются от гнева, а вот сердце полыхает болезненным огнем.

– Я хочу навестить его. Это во-первых. И не ты, не дядя мне не будут больше помехой! – восклицаю вдруг я, приняв решение, что отныне я больше не буду жить в затворничестве.

– Полегче, Мия. Тебе не позволено. Требовать что-либо. Не забывай об этом, сестренка. И все будет хорошо. Не стоит злить Доменика ещё больше. Он итак своим гневом чуть не спалил весь дом.

Алессандро тяжело вздыхает и резко тормозит у роскошных, витиеватых ворот знакомого мне до тошноты, дома.

– Многое тебе расскажет Доменик. Не я, Мия. Но, пожалуй, тебе стоит знать главное. У тебя скоро свадьба, – своими словами он на меня ушат ледяной воды вылил. Я настолько цепенею, что перестаю ощущать тело, не могу пошевелить даже веками.

Не моргаю. Не дышу, черт возьми.

– С кем? Что… нет… нет, нет, нет! Ты издеваешься? Умоляю, увези меня отсюда Алессандро. Какая ещё свадьба… – дрожью бьет насквозь, сердце набирает рваный ритм.

Алессанро берет меня за руку, ловит мой взгляд, и выноси мне ещё один приговор:

– С Гидеоном О`Коннелом.

– О`Коннел? Мировой судья?

– Его сын, разумеется. Мия, мне самому тяжело. Я… не хочу никому тебя отдавать. Но обсуждаться этот вопрос не будет, Доменик планировал тебе рассказать все как раз в числа твоего похищения.

– Я имею право отказаться? – дрожащими губами, выдыхаю я. – Имею право хоть на что-нибудь? На жизнь, на свободу? – отчаянно всхлипываю.

– Нет, – отвечает брат, ударяя хлыстом по сердцу. – Пора понять, что женщины в нашей семье не имеют прав, Амелия.

Господи, не могу поверить в то, что решилась на этот сумасбродный и смертельно опасный поступок. Я сижу на заднем сидении черного Range Rover и молюсь о том, чтобы мою пропажу не обнаружили слишком рано. Я должна… нет, я просто обязана сбежать достаточно далеко!

Вся моя жизнь превратилась в игру со смертью, и я, черт возьми, отчаянно мечтаю о Тихой Гавани, хотя бы о часе полнейшего спокойствия и ощущении себя в безопасности.

Совсем недавно я думала, что заточение в семье Морте, мое похищение – это ад, но я так ошиблась.

Последняя неделя, проведенная в «семье», которую я считала родной, под надзором дяди – вот где настоящее пекло. Черт возьми, как я могла быть такой слепой?

И сделав первые шаги на маскараде, когда вышла на сцену с Майклом, я открыла этот черный ящик, откуда скопом повалились истинные факты о моей жизни, о моих родителях, о моей кровной причастности к преступному и теневому миру.