Замер, даже дышать перестал, а в голове одна мысль — только бы не сорваться. Хотел ее до безумия, но заставлял себя стоять и не двигаться, контролировать каждую мышцу.
Вот она отодвинулась в глазах разочарование, б. ть мое тело тоже разочаровано, но если пойти на поводу у нее, у себя, в кого я превращусь? В комнатную собачку, готовую бежать к хозяйке по первому зову? Думать о Лизе, черт, да хоть тысячу раз думать о той с*ке, не помогает. Еще секунда и сорвусь, сделаю шаг к ней на встречу, сожму в объятиях, до боли, отнесу в дом, а дальше будь что будет.
Перед глазами обманчиво ласковая улыбка отца, тихий, издевательский голос в его дурацкой манере растягивать слова. «Любит? И ты правда в это веришь? Что ж, видимо успел забыть последний урок».
Отвернулся от нее, запрыгнул на мотоцикл и вылетел за ворота. Дал газу и понесся по дороге, быстрее, пока не передумал. Две недели каникул, и это наваждение пройдет. Я забуду и о ней, и о своих чувствах.
Ни хрена не проходило, чего только не делал.
Приезжал в клуб за час до работы и с остервенением избивал грушу, чтобы снять напряжение. Даже воспоминания о Лизе уже не помогали. Потому что как можно их вообще сравнивать? Моя Оля и эта Лиза, про которую нельзя сказать ни одного хорошего слова.
***
Лиза. Красивая, красивее любой из девок отца, поселилась в нашем доме, так же, как и остальные, я сначала не обратил внимания. Успели примелькаться и все казались на одно лицо, Маша, Даша, Лиза — длинноногие модели с обложек журналов.
Просто смирился с их присутствием и все, так же, как смирился с тем, что многие из них нагло пялятся, стоит нам столкнуться в помещениях первого этажа. Такая девица обычно спускалась в кухню в полупрозрачном пеньюаре, в то время как отца не было дома и начинала нагло нарезать круги. Сначала было удивление, потом скука. Очень быстро выучил все их уловки, набор которых состоял из самых простых действий: подойти, соблазнительно покачивая бедрами, наклониться так, чтобы я заметил вылезающую из декольте грудь, томно закатывать глаза и тянуть в рот все что ни попадя, рассчитывая, что я без ума от их накачанных губ.
— Ну, как тебе моя девочка? — спрашивал отец и демонстративно похлопывал по заду очередную куклу. Ненавидел такие моменты, отворачивался и уходил в свою комнату. Как они осточертели, все вместе взятые и каждая по отдельности.
А потом появилась Лиза. Ее поведение с самого начала отличалось от поведения остальных.
