Празднуем в Шахерезаде — самом крутом ресторане города. Я крутилась перед зеркалом, пытаясь поправить платье, уж слишком оно обтягивающее, надо было брать на размер больше.
Сережа подошел сзади и обнял.
— Как я выгляжу? — спросила у него.
— Отлично, но без платья еще лучше.
Он поцеловал в плечо, потом почувствовала его дразнящее дыхание на своей шее, а в следующую секунду его ловкие пальцы уже расстегивали молнию, так что через несколько минут наряд свалился к моим ногам.
— Так не честно, я столько времени потратила на то, чтобы его надеть, — возмутилась я, — да и гости ждут, неудобно опаздывать.
Он повернул меня на сто восемьдесят градусов и прижал к себе, а потом накрыл рот поцелуем.
— Третьяков, ты невыносим, — сказала я, как только смогла произнести хоть слово.
— Но ты меня любишь, Антонова, признай это.
— Ты прекрасно знаешь.
— Скажи это, я хочу услышать, — и он поцеловал в шею.
— О, господи, ладно, я тебя люблю, хотя ты все время меня бесишь!
— Еще раз.
Он продолжал дразнить поцелуями.
— Я те-бя люб-лю, доволен?
— Теперь да.
И я тебя люблю.
Мы все-таки опоздали и когда вбежали в Шахерезаду, вся компания была в сборе.
— Ну, ребята, мы вас заждались, — воскликнула Алена.
— Сорян, там такие пробки, — ответила я и рассмеялась.
Сергей пожал руки Толику, Леше и мы уселись за стол.
Скинула руку Третьякова с плеча, чтобы он не наглел, но он тут же вернул ее на место.
— Мы тут уже кое-что заказали, пока вас ждали, ну и…приготовили подарки с тостами, — сказала Мила.
— Леша, доставай, — скомандовала Алена, и он послушно выудил из-под стола большой пакет со свертками.
— Главный подарок ты конечно получила, — Мила выразительно посмотрела на изящное кольцо на моем безымянном пальце, так что мы тут так, скромненько.
— Ну, — торжественно объявила Алена, — поехали поздравлять…….
Бонус /финал от лица Сергея
Бонус для тех, кто хочет прочитать сцену финальной встречи от лица Сергея
Пока ехали в аэропорт, отец заливался соловьем. Слушал его вполуха, а сам все думал об Олиных словах.
Не любит. Хотя глаза говорили об обратном, не мог я так ошибиться. Или мог? Как-то все глупо, нелогично. Чем дальше уезжали от города, тем отчетливей понимал — не могу поверить в ее слова. Покосился на отца, прикидывая, могло ли это быть делом его рук. Но каким образом? Не мог же он заставить ее так сказать против воли?
Отпустили такси и прошли в зал ожидания.
До вылета тридцать минут. Прошли паспортный контроль, таможню, вошли в самолет и заняли свои места.
