Даже этот простенький суп, который давали в больнице.
Но все равно все отдавало горечью."
"Коен сказал, что Янсен помог ему решить те проблемы, которые возникли у моего брата, но пришлось отдать те деньги, которые я брала у Берга. Значит, Коен был в безопасности и теперь мне тоже не нужно было убегать.
Казалось, что все хорошо, но сердце все равно разрывалось на куски.
Нет, не хорошо.
Без Матиаса плохо.
Ближе к обеду я смогла поговорить с Ливеном по телефону.
— Привет, ты как? — спросила, с замиранием ожидая ответа друга.
— Потрепанный, но зато теперь будет, что вспомнить, — голос у Ливена был уставшим, но ровным. Мне даже показалось, что он улыбнулся. — Я рад, что и с тобой все хорошо. И, Грейс, если ты собралась извиняться, не нужно.
Да, я собиралась извиняться. Пока что только это и могла сделать, но понимала, что так просто свою вину перед Ливеном искупить не смогу. Из-за меня он чуть не умер.
— Слушай, а с Бергом точно все кончено? — спросил Ливен. — То есть, ты теперь в безопасности?
— Да.
Берг сам сказал, что я могу радоваться, так как меня у него выкупили.
— Да, мне Коен рассказал про отца Матиаса. Просто, когда мы пытались провернуть то дело с эмигранткой, которая лежала в больнице, я много узнал про Берга и про то, как он искал тебя. Я не думал, что вообще есть возможность выкупить тебя. Тем более, Берг в деньгах не нуждается, а тут пострадала его репутация. Если тебя удалось выкупить, то мне даже страшно придумать, какую сумму ты стоила. Но, черт, я так рад, что все же удалось решить эту ситуацию.
— Да, я тоже рада…
— Что-то я не слышу радости в твоем голосе.
— Просто… — я опять запнулась. Не знала можно ли рассказывать об этом, но, черт возьми, разве я могла думать о том, что от Ливена нужно хоть что-то скрывать? Он тот человек, который не рассказал Бергу, что я была в том домике, из которого меня вообще было проще простого достать, хотя при этом Ливена избивали и в последствии вообще пытались убить. — Отец Матиаса не просто так выкупил меня. Матиас попросил об этом, взамен на то, что он вернется в семью и, как я поняла, поступит в тот университет, который ему выберет отец и женится на девушке, которую ему подберут.
Мне же теперь нельзя подходить к Матиасу. Его отец ясно дал понять, что ничем хорошим это не закончится.
Ливен некоторое время молчал, но потом на выдохе произнес:
— Да, это не очень хорошо, — он опять замолчал, хотя уже вскоре продолжил: — Но ты постарайся не переживать. Сейчас, главное, прийти в норму.
