Он её ад

Может, разлюбила шоколад?

Или все дело в том, что его принес Матиас?

Грейс все так же продолжала отталкивать Яагера.

Следовало это менять. Матиас желал не той стены, которую девушка выстроила между ними. Он хотел отношений. Чтобы Дан признала то, что она его.

Но так же нужно было поговорить с Джосом. Матиас написал брату сообщение, в котором давал понять, что ждет его в спортивном зале. Когда пришел туда, Джос уже ждал.

— Значит, ты видел, как Коен переодевался? — мрачно спросил Матиас. Джос был единственным близким ему человеком, но в этот момент Яагеру хотелось ударить брата.

— Ты понял, что это Грейс? — было видно, что Джос напрягся и так же мрачно посмотрел на Матиаса. — Что ты с ней сделал?

— Какого черта ты мне соврал? — Яагер оскалился. Впервые в жизни Матиас испытывал по отношению к Джосу ярость. Они ведь всегда были готовы друг за друга любому глотку перегрызть, а теперь между ними возникала пропасть. Пока что еле заметная. Может, она скоро исчезнет так, словно ее никогда и не было. А, может, станет еще больше.

— Что ты с ней сделал? — Джос повторил свой вопрос. Выглядел еще более напряженным.

— С чего ты решил, что я ей что-то сделаю? — Матиас положил руки в карманы джинсов, но ладони все равно сжимались в кулаки. — Коену я бы с удовольствием шею свернул, но не его сестре.

На несколько секунд повисла тишина, в которой Джос еле заметно приподнял бровь и посмотрел на брата.

— Разве ты на нее не злишься? Из-за нее тебя чуть не посадили.

— Ее заставили это сделать.

— Кто? Матиас, что за чушь ты несешь?

— Грейс бил отец.

Сразу Джос ничего не ответил. Сдвинув брови на переносице он несколько бесконечно долгих секунд смотрел на Матиаса. Будто не мог воспринять эти слова. Словно они в нем что-то ломали и вместе с этим причиняли адскую боль.

— Это бред. Она сама…

— Я видел, как он ее избивал и слышал, как заставлял.

— Если это так, почему ты мне раньше не рассказал? — уже теперь Джос оскалился.

— Ты сам сказал о ней даже не упоминать.

Это происходило несколько раз, но Джос лишь услышав имя Грейс, становился сам не свой. Когда Матиас пытался рассказать в последний раз, Джос разозлился.

Сейчас же он спрашивал когда именно Матиас видел, как Грейс избивали. Задавал много вопросов и постепенно его взгляд менялся. В нем бушевал ад.

Постепенно приближалась ночь. Разговор был прекращен и, вернувшись в комнату Матиас заметил, что Грейс так и не прикоснулась к шоколаду. Следовало принести ей что-то другое.