Он. Она. Другая (СИ)

Как он ее не просил, она стояла на своем. Я поняла, что тот эпизод все-таки отложился в его голове и теперь любое упоминание о ляле, братике и новой папиной жене вызывает у нее негативные эмоции. Таиру пришлось смириться, но он все равно думает, что рано или поздно дочка оттает и полюбит брата. Ну пусть помечтает, потому что характер у нашей Нафисы еще тот.

В январе провели большой “назир” — поминки по свекру. Таир был там один, потому что Рахилям-апа попросила не приводить Элю. Она так и не приняла ее, хотя и познакомилась с внуком.

Таир время от время приезжает с Аланом к матери. Но при мне она о нем не рассказывает. От Надиры слышала, что видеть новую сноху моя бывшая свекровь категорически не хочет.

Месяц назад Таир уехал в Будапешт по годовой рабочей программе обмена. Офисы его компании расположены по всему миру, и сотрудники могут отправиться в любую точку на двенадцать месяцев, чтобы перенять опыт заграничных коллег. Точно также иностранцы приезжают к нам и работуют на местном рынке.

Бывший муж, разумеется, забрал с собой семью — жену и двухлетнего сына. И это прямо перед тем, как он закончил ремонт в новой квартире.

Перед отъездом Таир поговорил с Нафисой и объяснил, что надолго уезжает. Конечно, она расстроилась, так как привыкла к их воскресным прогулкам и походам в торговый центр. Бывший обещал, что будет звонить по видеосвязи каждый день, но потом стало ясно, что ежедневные созвоны — дело трудное. Во-первых, разница во времени — четыре часа. Когда у нас девять, в Будапеште — пять.

Рабочий день у Таира до шести, а иногда до семи-восьми. А Нафиса в 22.00 уже спит. Поэтому для онлайн встреч мы отвели выходные, однако столкнулись с интересной вещью. Нафиса не воспринимает общение по видеосвязи. Ее хватает на пять минут и дальше она уже теряет интерес и убегает. Вижу в эти моменты растерянность Таира и мне его даже жалко.

В сад приходим вовремя и сталкиваемся в раздевалке с Саввой и его мамой Олесей. Малышня друг другу улыбается и машет.

— Мама, где мой подарок? — шепчет Савва маме у дальнего шкафчика.

 — Мы его забыли что ли?

— Нет, у меня в рюкзаке. Давай сначала переоденемся, — отвечает мама Олеся и мы встречаемся с ней взглядами. — Кажется, скоро придется их женить.

— Дома только о Савве говорит, — посмеиваюсь я, застегивая молнию на платье.

— Мааам, ну дай, — умоляет мальчик.

— Ой, Господи. Ну сейчас, — обреченно вздыхает она и тянется к рюкзаку. Олеся вытаскивает оттуда пакет и отдает сыну.