Он такой один

Я чуть было не ляпнула про Дину — перед глазами отчетливо всплыло воспоминание. Вот мы сидим с ним за столом, а вокруг никого нет. Турнир только что закончился, и я не могла поверить своему счастью, что мне удалось…

— Ты поэтому тогда снял кафетерий? Из-за Универсума? Из-за… меня?

— Слышал как ты умоляла Ларису. Не нужно много ума, чтобы догадаться.

Невероятно просто! Ради меня!

— И потом позвал к себе, когда Simply The Best меня выкинул из команды. Снова пожалел.

Вот и ответ, почему я оказалась в игре! Но Илья лишь покачал головой.

Ему непросто давался этот разговор. Кажется, он вообще не привык вот так все объяснять, открываться.

— Нет никакой жалости. Говорю же тебе. Ты интересовала меня все больше. Я не стал упускать шанса быть к тебе ближе. К тому же тебя кинули. Это было несправедливо.

Я хмыкнула.

— А ты у нас поборник справедливости?

Илья как-то странно на меня посмотрел, как будто мои слова его покоробили, а затем негромко спросил.

— Ты меня спрашивала, что я делал в Казани? Я сказал, что моего друга достает один плохой человек.

Не хочу быть как он.

Мой интерес к делам Архангельского в столице Татарстана сейчас был на последнем месте. Но я все-таки спросила его, наверное, для того, чтобы оттянуть время и не задавать пока самый важный вопрос. Про Ольгу.

— Расскажи про своего друга.

— В детстве он спас мне жизнь, я ему обязан очень многим… как и я он остался без отца… да ты сама с ним скоро познакомишься. Лично. И сама составишь о нем мнение.

— Когда это?

Илья пожал плечами.

— Когда будет финал игры. По правилам соревнование уже будет идти в открытую.

— Получается, он тоже играет, да? Он в нашем клане, да? Кто? Фобос? Или Деймос? Ты так уверен, что мы окажемся в финале?

Илья заулыбался — неожиданно открыто и по-доброму.

— Конечно, уверен. Есть вещи, о которых я не могу говорить, Алена. Даже тебе. Но я тебе никогда не врал, однажды ты все сама узнаешь и решишь. А я буду рядом. Пока ты сама этого будешь хотеть.

— Ты про игру или… или про нас с тобой?

Плечи сковал холод, а мне хотелось тепла.

Хотелось зажмуриться и обнять Илью за шею, уткнуться носом в его шею и почувствовать его объятия. И чтобы все было просто и понятно. Или черное, или белое.

А не так как у нас с ним.

— Почему сразу не сказал, что ты это ты?! А еще про свидания меня выпрашивал! Что я чувствовала! Это… подло было!

Если мои слова и задели Илью, вида он не подал. Все так же терпеливо отвечал на мои вопросы, хотя не факт, что ему это было приятно.