Он такой один

С этим условием «Македонского» я и не спорила, а вот второе… Я не должна больше контактировать ни с одним участником из топ-20 рейтинга, которые могут претендовать на создание собственных команд. И если он узнает, что я предложила себя кому-то из игроков, то он тут же выбросит меня за борт. И сделает все, чтобы я вообще вылетела из игры.

Клубок Ариадны: Меня тоже смущает. Но я рискну. Нет никаких гарантий, что меня кто-нибудь пригласит. А я обязана остаться в «Универсуме» и попробовать дойти до финала. Я на все пойду.

StarDust: Ты так хочешь «умыть» своего Дэнчика?!"

"Я грустно улыбнулась, глядя на сообщение Пылинки. Я не знаю, кто она, но сейчас у меня нет другого человека, с которым я была бы так откровенна. И я решилась.

Клубок Ариадны: Дело в моей сестре. Ее зовут Жюли, она младше меня. Я видела ее всего три раза в жизни, но дороже нее только бабушка, которая меня воспитала. Если я смогу получить стажировку в Европе, то наш отец разрешит нам видеться.

Я прикрыла глаза — радостное состояние улетучилось, я снова вспомнила, кто я есть на самом деле. Не нужно было вываливать это на Пылинку.

StarDust: Понимаю тебя. Я тоже с детства стараюсь сделать все, чтобы заслужить любовь папы и его одобрение. И в «Универсум» пришла потому что он так сказал.

Меня почему-то не удивили ее слова. Я что-то подобного и ожидала, слишком уж она неуверена в себе.

Клубок Ариадны: Я пошла на психолога, чтобы понять, что со мной не так. Почему он меня ненавидит и считает, что я испорчу Жюли. Но на психфаке не дают ответы на такие вопросы((Одна теория и никакой жизни.

StarDust: Вы с ним давно не живете вместе? Жюли — твоя родная сестра?

Клубок Ариадны: У нее другая мама, отец у нас один. Он никогда не жил с нами, моя мама вынудила его жениться, когда забеременела, но ничего кроме штампа в паспорте и денег не получила от него.

Мне удивительно легко было рассказывать Пылинке про свою жизнь, о которой я никому и никогда не рассказывала. Наверное, это магия «сети», здесь действительно чувствуешь себя свободно и защищено. Глядя в глаза, я бы никогда не рассказала о своем стыде, только вот так — видя перед собой монитор ноутбука и не представляя, кто сидит «по ту сторону экрана».

Больше мы с Пылинкой к этой теме не возвращались.