Он тебя не любит(?)

Эва пробыла в роддоме шесть дней, все правильно, ее девочка родилась раньше срока на две недели, хоть Макару и объяснила заведующая отделения неонатологии областного перинатального центра, что в тридцать восемь недель это нормальный доношенный ребенок.

Эва кормила дочку грудью, поначалу она старалась не делать этого на глазах у Макара, но однажды он вошел к ним в спальню и застыл, завороженный этим зрелищем. У Эвы не хватило духу его выгнать, он сел на пол у кровати и положил голову на сложенные в локтях руки, снизу вверх глядя на обеих девочек.

Макар любовался выражением лица Эвы и втайне замирал от распиравших его чувств. И не только чувств.

***Звонок Алены застал его врасплох. Мак с удивлением понял, что заявленные две недели давно прошли, при этом он напрочь позабыл о жене, потому ответил довольно сдержанно. Алена болтала как ни в чем не бывало, как будто это норма, когда супруги не общаются неделями.

— Милый, я продлила пребывание в отеле еще на неделю, тут совершенно потрясающая детокс-программа.

Ты не хочешь все-таки присоединиться?

— Нет, я не приеду, Алена, и ты скорее возвращайся. Думаю, нам есть о чем поговорить, я считаю, наш брак себя изжил."

"Молчание в трубке, а потом непривычный металлический тон:

— Конечно, любимый, я вернусь, и мы поговорим.

Макар задумчиво покрутил в руке телефон и завалился спать. Но спать ему не дали. Малышка плакала весь вечер. Макар спустился вниз, потирая глаза, Эва тоже была вся зареванная.

— Что делать, Мак, может у нее что-то болит?

Он взял девочку на руки и когда увидел, что ее глазки полны самых настоящих слезинок, сердце сжалось от жалости.

Через пять минут заведующая отделения неонатологии областного перинатального центра садилась в присланную за ней машину, скорее всего, от души матерясь на Макара и Кравченко. И через двадцать минут входила в холл дома, где Мак качал на руках плачущую девочку. Его совсем не раздражал ее крик, напротив, было до ужаса ее жаль, Макар на все был готов, чтобы только помочь малышке.

— Не плачь, маленькая, скажи, что у тебя болит? — допытывался он, и ребенок ненадолго затихал от звука его голоса.

Эва следила за ними, кусая губы. Высокая и дородная Ирина Кимовна отобрала у Макара девочку, и та сразу притихла, испуганно глядя на незнакомую тетку. Ирина Кимовна слушала, измеряла, взвешивала, расспрашивала, и когда вынесла вердикт, Мак решил, что ослышался.

— Она голодная.

— Но я все время прикладываю ее к груди, она отворачивается, — возразила Эва.