Он тебя не любит(?)

Их фатальность зашкаливала, одно цеплялось за другое как причудливые звенья цепочки — убери любое, и связь разорвется.

И все же самым трепетным и волнующим воспоминанием оставалась ее встреча с Макаром в ресторане «Беладжио» ровно четыре года назад. Сейчас Эва сидела в «Беладжио», пила чай и представляла Макара, летящего в самолете над Атлантикой. Правда, рейс намечался ближе к вечеру, но Макар ведь уже попрощался, так что вполне можно было считать его выбывшим. Охрана скучала за соседним столиком, Машка осталась дома окучивать Алексея.

Арсену наконец-то удалось убедить девочку, что он не самый подходящий кандидат в женихи по причине родства, Мария погоревала для порядка, а затем Ямпольский ненавязчиво посоветовал ей присмотреться к начальнику службы безопасности. Леша пока не подозревал, с чего вдруг его начали подкармливать печеньками и шоколадками, но прозрение было не за горами, и Эва с Арсеном лишь искренне сочувствовали своему холостому сотруднику.

Эва улыбнулась и покрутила в руке связку ключей.

Их Макар отдал ей еще после первого предложения, это были ключи от загородного дома, где отмечали его двадцатипятилетие, где случился их первый, не самый удачный секс, где родилась их дочь, и где Эва была так счастлива несколько недель своей и Машкиной жизни.

Ее тянуло в этот дом, Макар несколько раз звал, но она гордо отказывалась, он свозил туда Машку, и дочь осталась в восторге. Теперь Эва захотела навестить дом сама, она предупредила отца, взяла машину с водителем и охраной, и уже через короткое время стояла на знакомом пороге.

Может, потому что Алена сюда почти не приезжала, этот дом и был ей таким родным и близким?"

"Скорее всего. Дом оставался единственным, что не было связано с таким болезненным для нее браком Демидова. Эва отчетливо понимала, почему раз за разом отказывает Макару — она не может стать Демидовой, не может, и все, потому что Демидовой была Алена, его вечная и безответная любовь.

За домом кипела стройка — Макар строил обещанный дочке бассейн.

Эва обошла вокруг, вошла в лес, но сама к речке идти не решилась, побоялась заблудиться, а вывести в этот раз ее уже будет некому. Было очень странно бродить там, где она когда-то увлеченно прыгала со стареньким фотоаппаратом, а потом ходила за ручку с Макаром, когда они выгуливали еще неродившуюся Машку.

Эва вернулась в дом и прислушалась. В доме было тихо, как и в ее душе, тот жестокий разговор с сестрой, вопреки опасениям, не вызвал у нее болезненных ощущений.