С души свалилась та самая Китайская стена, которой тыкал ему сегодня Кравченко.
«Все Уезжай, Макар. Узнал, что хотел, и езжай».
Но он никуда не поехал. Поднял голову и посмотрел на жавшуюся в углу кровати девушку. Внутри все стенало и завывало — уезжай, идиот! — однако что-то там же внутри, только глубже, удерживало. Он смотрел на ее сжатые коленки, прикушенную губу, судорожно сплетенные пальцы и чувствовал, как кровь начинает разгоняться по венам.
«Мак, не будь дураком, уходи пока не поздно…»
— Тогда скажи мне, Эва, — начал он вкрадчиво, придвигаясь ближе, — скажи, почему ты не стала сопротивляться.
Я плохо помню, что было ночью, но тебя я вспомнил, и секс вспомнил, а как ты от меня отбиваешься — нет, не было такого. Я не бросался бы на тебя просто так, в том шампанском, которое я выпил, был стимулятор, это Руслан подмешал тебе, чтобы ты на меня повелась. Но шампанское ты выпить не успела, так почему же ты повелась, а, Эва?
— Какой стимулятор, Макар? — она снова выглядела испуганной, а он заводился все больше.
— Тебе нужно название препарата? Можешь спросить у Руслана, а я хочу знать, почему ты не дала мне по морде бутылкой или не задвинула в пах коленом. Клянусь, этого хватило бы с головой, чтобы меня отключить. Я же был пьяный в лохмотья, тебе настолько было похер, как пройдет твой первый раз?
Его трясло от злости, а почему, он сам не понимал. Как будто это не он лишил ее девственности, а она его, но то, что она позволила ему с собой сделать, выбешивало просто до белого каления.
— В первый? — в больших глазах мелькнуло недоумение. — Ты… ты не первый у меня, Макар, с чего ты взял?
Она поднялась, неторопливо прошла мимо к окну и встала, повернувшись спиной и сложив руки на груди. Он смотрел на эту ровную спину и сам не знал, почему вдруг пришло сравнение с натянутой струной, что вот-вот лопнет от сильнейшего напряжения. А потом его запоздало накрыло, даже в глазах потемнело. Как это, он не первый? Рванул следом и развернул Эву к себе, она расцепила руки, но тут же скрестила ноги, будто закрываясь.
Подбородок вздернут, глаза смотрят с вызовом, ну кого тут не поведет?
— Эва, не зли меня, — предупредил по-хорошему, нависая и упираясь одной рукой в подоконник, другой в откос, — а кровь тогда откуда? Простынь пришлось выбросить.
— Так я сказала тебе, ты наверное не помнишь, у меня месячные были, но они почти закончились, и я думала…
Он не дал ей договорить и схватил за руки, чуть не вывихнув их в суставах.
