Он тебя не отпустит

Не нравится он мне, понятно?

— А кто тогда тебе нравится? Руслан, то убожище?

— Не поминай всуе имя этого человека, а то снова появится, — поднялась со стула и сразу же ощутила лёгкое головокружение.

— Тебя до квартиры провести? — встрепенулась Галя, увидев, как меня развезло от наших посиделок.

— Сама. Дойду по чуть-чуть.

Попрощавшись с соседкой, вышла из квартиры и стала медленно подниматься по ступенькам на свой этаж. Голова кружилась, ноги заплетались. Ну зачем я так налегала на эту гадость?..

Остановившись напротив двери, принялась возиться с замком, но что-то пошло не так.

— Блин… — опустила голову вниз, только собиралась поднять с пола связку, как вдруг наткнулась взглядом на пару мужских кроссовок.

— Давай немного в сторону, котёнок. Вот так, — приобняв меня за талию, Мурат тактично отвёл в сторону, чтобы открыть дверь.

— Шахин, — ткнула пальцем в сильное плечо, — а ты что здесь делаешь, хм? Следишь за мной?

— Я бы сказал, присматриваю.

Он помог зайти в квартиру. Я попыталась брыкаться. Еще чего? Не упаду! И незачем меня так открыто лапать, прикрываясь благородными жестами.

Вдруг скрутило желудок, а к горлу подкатили тошнотворные спазмы. Еле успела забежать в ванную комнату.

— Зачем было столько пить, Кать? — прозвучал голос Мурата, и я медленно повернула голову вправо. Шахин стоял в дверном проёме, скрестив руки на груди и опираясь плечом о дверной косяк.

Ничего не ответила.

Остановившись возле раковины, умылась, прополоснула рот и вытерлась сухим полотенцем. Было бы замечательным принять душ, но на него у меня со совсем сил не осталось.

— Пропусти, — грозно прошипела, когда Мурат преградил своей фигурой весь проход.

— Кать, — за руку взял, игнорируя мой предупреждающий взгляд, — у тебя что-то случилось?

— С чего ты взял?

— Ну ты еле стоишь на ногах.

— Так я на радостях, Муратик, — иронично улыбнулась. — И вообще, почему ты всё еще здесь? Я же сказала, позвоню, когда вернутся родители с сыном.

Сильные руки опустились на талию и круговыми движениями погладили поясницу. Шахин склонился, прижался лбом к моему лбу, застав врасплох. Это что сейчас происходит? Мы так не договаривались, кажется…

— Постели мне на коврике у двери, если хочешь, но только не прогоняй этой ночью.

— Почему?

— Боюсь за тебя. Очень.