Он тебя не отпустит

На душе было слишком гадко, чтобы заниматься чем-то иным. Я настолько увязла в своей боли, что забыла поужинать и принять гигиенические процедуры перед сном. Так и заснула с мокрыми глазами. А утром, проснувшись, взглянула на себя в зеркало и решила, что не нужны мне эти мужики. Вот абсолютно! Пусть дружно катятся лесом, а я сама рожу, сама воспитаю, сама поставлю на ноги. Ребенок будет только моим!

Весь день провела на работе, а потому о Шахине вспоминала как можно меньше. Точнее, не каждую минуту, как могла бы, если осталась дома.

По дороге домой зашла в магазин, купила бутылку минеральной воды, свежих фруктов, хлеб и со спокойной душой двинулась к дому. Каково же было моё удивление, когда под подъездом на скамье сидел Руслан. Заметив меня, он встрепенулся и в спешке поднялся на ноги.

— Привет, — сказала я, поравнявшись со скамьей. — Тебя уже выписали из больницы?

Башаров согласно кивнул.

— Катюш, давай помогу, — Руслан попытался вырвать из моих пальцев пакет, но я так строго на него взглянула, что пытаться второй раз он не стал.

— Давно сидишь?

— Уже целый час, — пожал плечами. — А я домой попасть не могу. Ты сменила замок?

— Угу, — кивнула головой и пошла к подъезду. Остановилась напротив двери, поднесла ключ к домофону. — А ты куда собрался?

Я смерила Руслана холодным взглядом и выставила ногу вперёд, не пропуская в подъезд.

— Кать, ну не под подъездом же говорить.

— Нам вообще не обязательно говорить.

— Катюш, — Руслан позволил себе неслыханную наглость коснуться моей руки. Меня тут же передёрнуло, будто дотронулась до горячего чайника, а потому бывший удивлённо вскинул брови."

"— Рус, я не хочу с тобой говорить. Вот правда. У меня был слишком тяжёлый день…

— Кать, я не займу много времени. Пожалуйста.

На горизонте показались соседи и стали смотреть на нас с Башаровым с нескрываемым любопытством.

— Ладно, но только ненадолго. Я валюсь с ног от усталости.

Руслан оживился, растянул улыбку до ушей и молчал до самой квартиры, пока мы вместе поднимались на лифте на пятый этаж.

— Говори. У тебя триста секунд, — сказала я, когда дверь квартиры захлопнулась.

Башаров помедлил.