Как ей удалось выяснить уже гораздо позже, на Каблукова сразу было заведено несколько судебных дел, по одному из которых на все его счета и имущество был наложен арест. Не унеси она тогда ноги с прихваченным, оказалась бы беременная буквально на улице.
Всю дорого до дома провела как на иголках. Сначала автобус до столицы, потом - посадка в поезд, ужасная усталость и постоянное беспокойство, не позволяющее даже на минуту расслабиться и поспать.
Только когда за спиной осталась последняя из двух границ, Карина немного выдохнула.
Впрочем, момент когда украинские пограничники пошли по вагонам с собакой, точно стоил ей нескольких лет жизни. Однако псина - здоровенная немецкая овчарка - видимо, не была заточена под поиск валюты и Карина отделалась испугом.
После Украины поезд ехал полупустым. Когда до прибытия оставались часов восемь и пара крупных остановочных узлов, у Карины образовалась приятная попутчица. Впрочем, сначала высокая худощавая женщина лет семидесяти с миллионом кульков, баулов и сумок не вызвала у Карины ничего кроме раздражения.
Размещаясь, женщина развела ужасную суету, пытаясь как-то компактно устроить свой багаж. Пришлось в этом поучаствовать и Карине, дабы проконтролировать сохранность собственных вещей и, самое главное, денег, часть которых везла в рюкзаке, а часть в сумочке.
В дороге женщины разговорились. Попутчицу звали Клавдией Витальевной, которая оказалась настоящим кладезем житейской мудрости. К тому же, тетя Клава, как она велела ее называть, совершенно замечательно гадала на картах.
Разумеется, Карина, обожающая подобные штучки, тут же упросила раскинуть ей «на судьбу».
- Ой, деточка, какая сплошная чернота у тебя в прошлом, - сделав расклад, сокрушалась гадалка. - И на сердце у тебя зло. Да и мысли дурные. Но вижу, что вот-вот все переменится. Заплатишь ты высокую цену, но самое главное, что от всего самого дурного откупишься.
Карина буквально замерла, сраженная ужасом и восторгом.
- Позади мужчина - черный, гадкий. А впереди тот, кто по-настоящему любит.
Болел он из-за тебя долго. Сердце его маялось. Ну-ка, посмотрим, с чем ты останешься…
Старушка сгребла в охапку расклад и стала тасовать.
- На сердце, для тебя, для дома, было, будет, сердце успокоится, - бормотала она себе под нос, делая незамысловатые, но отчего-то завораживающие манипуляции с картами."
"- Вот, - показала она на червонного короля с девяткой, - счастье твое. А другого и не будет. Вздумаешь отвернуться от него - пожалеешь.
