Она любит плохих парней

Мне потребовалось много времени, чтобы понять – все это время не я добивалась Дария, а он меня. И все мои требования доказательств его чувств были глупыми капризами недолюбленного ребенка. Не знаю, чем я его заслужила. Не знаю, как он меня вытерпел, но… он не пожалеет. Я справлюсь не только ради себя, но и ради него. Не потому что Дарий когда-нибудь попросит вернуть долг или что-то вроде того, а потому что сама этого хочу. Хочу не только брать, но и отдавать. Внимание, заботу, поддержку. Хочу стать той, кем гордилась бы сама и кем точно будут гордиться близкие.

Дарий пересекает комнату, держа дымящуюся чашку, а свободную руку протягивает мне. Мой галантный старикан. И как ему отказать? Дарий помогает мне встать и ведет к дивану. Тихо цокаю языком, уже точно зная, чего он хочет. Сажусь, подкладывая между подлокотником и спиной подушку, и принимаю горячую чашку. Дарий ложится, обнимая меня за талию, опускает голову на живот и закрывает глаза. Умостился, котяра. Не могу сдержать улыбки и зарываюсь пальцами в густые темные волосы.

Расслабление окутывает тело и дарит покой душе. Мне хорошо и спокойно. Легко и приятно в этих откровенных объятиях, в этой нежности и уютном молчании. Я все еще не могу удерживать такое состояние долго, но промежутки времени увеличиваются, а значит, прогресс налицо.

Делаю пару обжигающих глотков травяного напитка и вдруг слышу тихий скрип двери. Внутренний редактор выглядывает из каморки и смущенно кривится.

– Дар, – зову я и прикусываю нижнюю губу.

– А когда ты уже признаешься мне в любви?

– Когда ты с антидепрессантов слезешь, – усмехается он.

– У меня горячий чай в руках, а у тебя десять секунд на подумать, – строго говорю я.

Дарий осторожно поднимается и садится напротив, забирает чашку и опускает ее на пол точно бомбу.

– Признание тебе подавай, да? – насмешливо спрашивает он.

– Хочу это услышать.

– Книжно-романтический подойдет.

Дарий прикрывает глаза, приподнимая уголок губ, и произносит хриплым глубоким голосом:

– Катя, моя любовь к тебе такая же бесконечная, как наша…

– Фу-фу-фу, – хихикаю я.

 – Давай лучше по-человечески.

Он качает головой и делает глубокий вдох, смотрит так, что никакие слова уже не нужны. В зеленом лесу светит теплое солнце, пышные деревья покачиваются от ласкового дуновения ветра, а вокруг чудесных растений и трав порхают бабочки.

Слова, которыми я грезила столько времени, зависают между нами. Пытаюсь принять их и осознать. Стараюсь разрешить их себе и впитать каждый звук.