Она любит плохих парней

– А это еще что?! Катя, ты куришь?! – Мать рывком распахивает балконную дверь и хватает с подоконника пачку сигарет, сжимая ее в ладони. – Что ты творишь?! Последние мозги растеряла?!

Едко усмехаюсь, глядя на ее сумочку. Больше чем уверена – там лежит то же, что она держит в руках.

– Она еще и улыбается! Ты посмотри! – яростно выпаливает мать. – Гробит свою жизнь и стоит довольная!

Склоняю голову, не обращая внимания на разгоряченный сгусток лавы, обволакивающий сердце:

– Нет! Не все! – кричит она и открывает окно.

Пачка сигарет летит вниз, мать оборачивается и воинственно приподнимает подбородок. Хорошо знаю эту стойку и готовлю ментальный щит.

– Значит, так, Катя. Два года я тебя не трогала, и посмотри, в кого ты превратилась. Живешь в бардаке, связалась непонятно с кем. А в университет ходишь, только чтобы юбки свои ужасные носить. Твоя успеваемость ниже среднего, это недопустимо!

Она что, следила за мной? Тело напрягается, ощущая угрозу, страх сковывает каждую клетку. Глаза матери темнеют, на лице появляется победный оскал:

– Да, да, моя дорогая, я знаю все о твоей жизни.

То, что мы не общались, еще не значит, что я оставила тебя без присмотра. Шутки закончились, теперь…

– Теперь ты уйдешь отсюда, – говорю я не моргая.

– И не подумаю! Ты будешь меня слушаться, хочешь этого или нет! Мы с отцом снова вместе, снова семья, и я не допущу, чтобы наша дочь…

– Пошла вон! – не сдержав порыв, выкрикиваю я.

– Вот как ты заговорила? Хорошо, – прищуривается она. – Я скажу отцу, чтобы он перестал посылать тебе деньги.

Раз ты уже такая взрослая, решай свои проблемы сама!

– У меня нет проблем, кроме матери, которая возомнила себя богиней и требует поклонения! – верещу я, крепко зажмурившись.

Ее вопль тонет в грохоте музыкальных басов, через стену доносятся громкие слова песни «Канги – Вали». Нецензурная строчка припева, отправляющая по всеми известному маршруту, вызывает у меня широкую улыбку.

– Обожаю своих соседей.

Мать нервно передергивает плечами и возвращается в комнату.

Певец все продолжает гнуть свою линию, посылая нежеланную гостью куда подальше, но она не торопится уходить.

– Мой сосед тоже, – весело отвечаю я.

– Думаешь, это смешно?

Музыка через стену все еще грохочет. Усмехаюсь и шагаю к двери на балкон, чтобы остановить концерт, иначе Дарий может получить тысячу и одну жалобу от остальных соседей. Кожа покрывается мурашками при встрече с вечерним воздухом, закрываю распахнутое окно и поворачиваюсь к торцевой части балкона.