Она – моя, и Ты тоже! (СИ)

Мне почему-то стало стыдно, и я захотела спрятать от него эту часть тела с моими недостатками. Одной рукой продолжая закрывать грудь, а второй потянулась к животу. Роман уловил этот жест и сразу посмотрел на меня. В этот момент мне и правда захотелось сбежать. Я даже сделала попытку встать, но мою ногу схватили и дёрнули вниз, укладывая меня обратно на спину. Рома склонился и начал нежно целовать места, где имелись растяжки. Этот жест был таким слишком правильным и трогательным, что я не сдержалась, слезы сорвались и побежали по щекам вниз.

Через какое-то время он навис надо мной и повернул рукой моё лицо к себе.

Приложив лоб к моему, он выдохнул мне в губы:

— Спасибо, что не отказалась от дочери…

Дальше мы, отбросив все разногласия на потом, отдавались друг другу, как будто между нами не было многолетней разлуки.

Он раздвинул мои ноги и, позволяя привыкнуть к себе вновь, входил в меня медленно и глубоко. Говорил бесстыдные вещи, о которых мечтает и обещает сделать со мной…

Когда всё закончилось, я быстро пришла в себя, и всё о чём я забыла, пока занималась любовью с ним, быстро вернулось. Я вскочила под непонимающий взгляд Романа и тут же упала на пол. Видимо, мой мозг успел прийти в себя, а вот тело всё ещё мелко дрожало и было не готово к таким трюкам.

— В чём дело? — хмуро спросил Роман, поднимаясь вслед за мной.

Он помог мне встать и не спешил отпускать, продолжая держать за плечи.

— Эмм… — замешкалась я с ответом, но потом быстро сообразила, что наврать.

— Мне послышалось, будто Мия плачет и зовёт меня. Я лучше пойду.

Найдя взглядом своё платье, теперь уже спокойно пошла сама. Оделась и пулей вылетела из его комнаты. Когда закрыла за собой дверь, сердце бешено стучало, а в голове крутились слова Маши: «Если будешь умной девочкой, то сможешь снова его приручить».

С этими мыслями направилась в душ и, когда я сняла платье и открыла воду, поняла, что мы не предохранялись. В голове сразу забилась тревога.

— Нет, нет, нет! Завтра же потребую у него купить мне таблетки…

Следующие два дня прошли спокойно. Роман больше не поднимал тему о том, что нам придётся поехать на юбилей его матери.

О том, что между нами было той ночью, мы не говорили. Я избегала его взглядов и разговоров с ним.