Она моя зависимость (СИ)

Теперь, пока Андрей на работе… Боже, его мать здесь просто поселилась. Фиг выгонишь.

Мы и скандалим, и я ее уже сто раз чуть ли не матом посылала – реакции ноль.

Она даже Андрея не слушает.

У этой женщины один аргумент: «Я не к вам сюда приезжаю. А к внучке».

Зажмуриваюсь. Как только подумаю о ней, в дрожь бросает.

Мамин мелодичный и такой счастливый голос сейчас невероятно успокаивает.

– Я небольшую посылку сегодня отправила. Подарок Майе. С месяцем нашу крошку.

– Спасибо, – бросаю взгляд на часы, еще минут двадцать, и дочь потребует еды.

– Мамуль, я пойду, Майюшу скоро кормить, да я бы и сама поесть не отказалась.

– Конечно-конечно, не отвлекаю. А в гости – жду!

– Ладно, – смеюсь, – пока.

Бросаю телефон на кровать и снова заглядываю в люльку. Такая она сладкая – наша девочка. Трогаю пухленький животик и буквально на минутку выскальзываю из спальни.

Пока вожусь на кухне с обедом для себя, из динамика радионяни отчетливо доносится голос свекрови.

Боже! Я так надеялась, что хотя бы сегодня ее здесь не будет.

– Мне нужно ее покормить, – говорю с порога.

Свекровь скептически приподнимает бровь, как бы говоря: «А я-то тебе чем мешаю?»

– Я в вашем холодильнике видела клубнику.

Она еще и в холодильник заглядывала. Прелесть.

– Это сильнейший аллерген. Совсем не соображаешь, что ли? Никаких конфет, цитрусовых, клубники и прочей дряни, пока кормишь ребенка грудью. Нам нужно здоровое потомство.

– Вам? – теперь уже мои брови ползут вверх.

– Ну тебе, видимо, точно нет, – хмыкает.

– И что за кондиционер? Запах слишком резкий, чувствуешь? Если сама без головы, сдавай вещи в химчистку. А лучше я сама этим буду заниматься.

– Едой и пеленками? – уточняю уже чисто по инерции. Чтобы не молчать.

– И воспитанием. Кого ты из нее вырастишь вообще?

– Деревенщину? – снова предполагаю, вытаскивая ребенка из кроватки. Майя уже открыла глазки. Помалкивает. Зевает только.

– Хуже! В деревне люди достойные живут, а ты…

– А я, видимо, не очень достойна, да? Ни вашего сына, ни жизни в этом доме.

Помню я. Не переживайте, вы своими визитами ни на минуту мне об этом забыть не даете. А вообще, вам бы лучше к психиатру обратиться, пусть он вас полечит. Давно пора.

– Вы все прекрасно слышали. Дурка по вам, Оксана Николаевна, давно плачет. Зовет, я бы сказала.

Оксана белеет на глазах, только мочки ушей пунцовыми становятся.

– Ну знаешь, – фыркает, – ноги моей в этом доме больше не будет!

Дверь за моей спиной хлопает.

Вот теперь можно выдохнуть.