Она моя зависимость (СИ)

На кассе пробиваю коробку шоколадных конфет и пакетированный малиновый сок. Ссора с Андреем более чем веский повод заесть все свои переживания.

Когда снова опускаюсь на сиденье такси, ловлю себя на мысли, что нужно вернуться. Вернуться и попытаться снова с ним поговорить. Спокойно, без упреков. Но переломить разбушевавшуюся гордость сложно. Уйти, хлопнув дверью, или просто трусливо сбежать, как это сделала я, – вариант более простой.

Прилипаю щекой к прохладному окошку. Несколько раз проверяю телефон.

Но телефон пуст. Ни сообщений, ни звонков на него не поступало.

Пока умываюсь, не слышу мамины шаги, поэтому ее отражение, появившееся в зеркале, пугает до чертиков. Я даже щетку роняю.

Мама улыбается. Видимо, пока не в курсе, что я послала Синицына. Хотя, может быть, Максим окажется действительно нормальным парнем и она никогда не узнает о произошедшем у клуба.

– Хорошо, – снимаю маленькое полотенце с крючка.

– А по лицу и не скажешь, – мама кривит губы.

– Наверное, потому, что прогулки с парнем, который мне не нравится, не то, чем бы я хотела заниматься субботним вечером.

– Прекрати огрызаться. Я тебе не враг.

– Ты правда хочешь продать квартиру?

– Да. Еще в среду звонила Феде, спрашивала, можно ли у них приобрети что-то нормальное за наши деньги.

Дядя Федя – мамин родной брат. Живет с семьей на юге с момента распределения после военного училища.

– Не в самом городе, конечно, но там много прилегающих поселков. Можно даже домик небольшой купить. И море недалеко. Красота.

– Ага. Ты, знаешь, я много думала и… Может быть, мне в Москву перевод оформить?

– Это зачем? – мамино приподнятое настроение влет становится угрюмым.

– Перспективы. Можно найти хорошую подработку по специальности, набраться опыта. После получения диплома будет легче устроиться…

– Не придумывай. Мы, значит, на одном конце страны жить будем, а ты – на другом? Так получается? Что это за семья такая?

– А Алину ты тоже с собой потащишь?

– У нее муж есть.

– Значит, я тоже выйду замуж, – улыбаюсь.

– Уж не за Андрея ли Панкратова? – язвит в ответ.

– Хватит! Прекрати уже эти разговоры. Не смешно.

– Ты первая начала, – бросаю полотенце на стиральную машинку.

– Вот что ты в него вцепилась?

– Нет, мама, это ты в него вцепилась. И долбишь меня, долбишь.