Она моя зависимость (СИ)

– Соскучился, – стягивает резинку с волос и сразу зарывается в них пальцами. – Пойдем, – отстраняется, не прекращая удерживать меня за руку.

– Прогуляемся. Может, есть предпочтения?

– Пф-ф, я здесь только на Красной площади была, – пожимаю плечами.

Его губ касается легкая улыбка. Я же смотрю на него и не могу поверить, что все это правда. Что мы вместе, в другом городе… Несмотря ни на что.

Мы шатаемся по московским улицам до глубокой ночи. Посещаем целых два ресторана и на еле передвигающихся ногах возвращаемся домой.

Мне кажется, что я вырубаюсь сразу, как только моя голова касается подушки.

Утром просыпаюсь в пустой постели. Андрей уехал. Оставил в мессенджере сообщение, что вернется ближе к семи. А еще на телефон пришло сообщение от банка. Денежное зачисление. От кого, гадать тоже особо не приходится.

– Ну что, Есь, – смотрю на себя в огромное зеркало в ванной, – может быть, побыть содержанкой пару дней не так и плохо? – приподымаю бровь, разглядывая свое отражение.

На первом этаже слышится шум, будто кто-то включил телевизор.

Кажется, Андрей вернулся. Может быть, что-то забыл?

Быстро спускаюсь вниз. Пересекаю пустую гостиную с работающей плазмой и влетаю на кухню.

Так и застываю с открытым ртом. Потому что это не он.

Речь возвращается не сразу. А под пристальным и слегка высокомерным взглядом белокурой женщины и подавно не могу открыть рот.

– Здравствуйте, Оксана Николаевна, – киваю, соединяя руки в замок.

Она лишь приподымает бровь.

– Ну, здравствуй, Есения. Неожиданно.

Что говорить, я не знаю, поэтому, когда у нее звонит телефон, тихо выдыхаю и выскальзываю из кухни. Забираю кросс-боди и вылетаю на улицу.

Хватаю ртом сухой воздух, пребывая в абсолютной растерянности.

Несколько раз пытаюсь дозвониться до Андрея, но телефон либо занят, либо просто не отвечает. В очередной раз выслушав порцию гудков, сворачиваю в проулок и присаживаюсь на лавочку.

Вытягиваю ноги, задирая лицо к небу. Яркое солнце припекает едва загорелую кожу.

Что это сейчас было? Откуда она здесь появилась? Андрей меня не предупреждал, он вообще ни разу не упомянул о своей матери и о том, что мы будем хоть как-то пересекаться.

На улице я торчу часов пять. Когда силы иссякают, другого варианта, как вернуться домой, не нахожу.

В лифте до последнего надеюсь, что этот ее визит был спонтанным и таким же краткосрочным. Но нет.