Она - новенькая

Нам комфортно молчать.

Не надо шутить, «остроумить», скабрезничать и заигрывать. И так кайфово.

— Ладно, Шагалов. Теперь — исповедь! Рассказывай.

— Да просто все. Я с… кстати, Миша этот тебе кто?

— Двоюродный брат.

— М. Нормально, — соглашаюсь я с такой расстановкой. — Короче, я с ним приехал. В его тачке. Он не видел, что я подсел. Также и уеду."

"— И больше никогда такого фокуса не выкинешь. Охрана шуток не понимает. И возраста твоего не спросит. Поломают сначала. Потом будут разбираться. Ты знаешь, что во время захвата, они часто ломают кости в плечевом суставе? А ты же — кикер.

— Да, ясно… ясно…

Отодвигаясь, укладываю ее на спину. Головой к себе на колени.

Едва касаясь обвожу ее глаза вокруг накладок.

— Это навсегда или временно?

— Это важно?

— Конечно! А то так и будешь считать меня некрасивым мальчиком.

Мы тихо смеемся.

— Я не знаю, Макс. Никто не знает.

— А что нужно сделать?

— Все, что можно, уже сделано.

— Черт… — усмехаюсь. — Надеюсь, это будет не слишком скоро.

— Почему?

— Ну, а вдруг я тебе не зайду внешне. А если ты уже влюбишься, то придется схавать любую внешность! — дразню ее я.

— Размечтался! — фыркает она, морща нос. — А еще говорил, что красавчик.

— Неа, врал. Я реально страшненький!

— Ну неправда же! — хохочет она.

— Да-да. Нос сломан, смотри, — веду ее пальцами по своему лицу. — Губа порвана.

— Кстати, я так на тебя и не «посмотрела» толком.

— Смотри…

Встает на колени рядом со мной. Пальчики ложатся мне на грудь, как на рояль. Едва касаясь, изучающе скользят по грудным мышцам.

Ооо… Фак!

Сдергиваю с себя водолазку. Прижимаю плотнее ее ладони.

— Тут тоже ничего… — провожу ее ладонью по прессу, напрягая его.

— Мм… Есть что посчитать! — намекает она на кубики. — Неплохая форма.

Нечаянно касается ремня. Одергивает как ошпаренная руку.

— Ой, трусиха!

— Вообще, я лицо хотела посмотреть! Что ты тут мне подсовываешь, Шагалов?! — опять смеемся мы.

— Только самое важное!

Мне прилетает подушкой, выставляю предплечье.

— Но-но! Попортишь так. Смотри, давай.

Обводит бровь. Проходится по волосам. Я мурлычу от удовольствия.

— Вьются… Ты светленький или темный?

— Русый.

Изучает дальше.

— Скуластый…

Пальчик проходится по губам, касаясь их краешка.

— Губешки пухлые, — брякает пальцем по губам.

Улыбаюсь.

— Ямочка… Наверное, таки, хорошенький!

— Не факт, Албанцева.