В тот момент они отстали от меня лишь потому, что в коридоре послышались голоса преподавателей. Эти уроды решили, что небезопасно избивать меня в таком месте и ушли, но пообещали в следующий раз подловить и оттащить меня в пустующую часть здания. Там моих криков не услышат. Или же они просто мне чем-то закроют рот.
Я еще долго лежала на полу среди парт в том классе. Одну ладонь приложила к ушибленным ребрам, а второй пыталась остановить кровь, текущую из носа, приложив к нему ткань рукава собственной толстовки.
Проклятье, как же больно. Почти так же, как и в те времена, когда меня бил папа.
Только после наступления ночи я вышла в коридор и полусогнутая поковыляла к себе в комнату. Матиаса там не было, поэтому я спокойно взяла вещи и пошла в душ. Стоя под теплыми струями воды, старалась, как можно быстрее помыться, ведь даже ночью мне находиться в душевой небезопасно, но, черт, как же сильно хотелось подольше постоять под горячим напором. Просто, чтобы успокоиться и прийти в себя.
Было ли мне страшно находиться в этом колледже? Да.
Я жила тут с пониманием того, что в любой момент меня могли схватить и оттащить куда-нибудь, после чего избить. Тем более, меня специально вылавливали. Искали. Но не было истерик и слез. Все это перегорело во мне еще в то время, когда я жила с родителями. А так я просто переходила из ада в ад. Где-то было хуже, где-то немного лучше, но когда ты год за годом находишься в таких условиях, уже принимаешь их, как что-то должное и сопутствующее жизни. Я даже и не знала, а вообще может быть иначе? Надеялась, что да.
Вот убегу из колледжа и начну новую жизнь. Сразу будет сложно, ведь у меня и денег нет, но со временем справлюсь. Единственное, я все еще волновалась за Коена. Мне хотелось дать ему несколько подзатыльников за то, что он убежал, но все же он единственный, кто у меня остался.
Когда я после душа одевалась, заметила на боку расплывающийся синяк. Точно будет огромным и долго не сойдет.
Придурки. Мне не больно. Папа бил сильнее.
Но все же состояние у меня было плачевное и уже теперь я полностью избегала Ливена.
Не хотела, чтобы он знал, что меня продолжали бить, после того, как он перестал за меня заступаться. И я все так же больше не попадалась на глаза Джосу. Он меня теперь вовсе не видел, а Матиас на меня сам не смотрел. Даже когда мы находились в одной комнате, его взгляд ни разу меня не коснулся. Словно он не желал на меня смотреть.
Я старалась первой приходить на завтрак, обед и ужин.
