Строительство дома возобновилось, и она с нетерпением ждала, когда получит эти заветные ключи от квартиры.
- Понятно… - послышался сокрушенный голос. - Мама хочет уехать туда, потому что боится…
- Боится? - нахмурился Матвей.
- Ага, - вздохнула Соня. - Я слышала, как она говолила тете Вике, что ее кто-то может обмануть."
"Под ребрами Матвея резко кольнуло, пальцы сильнее сжали руль.
Он прекрасно понимал, о чем говорила дочка: Алина боялась, что он снова ее предаст.
И это клеймо предателя выжигало кожу.
Глава 47
22-30
В огромном особняке Матвея царила темнота. В каминной трубе завывал ветер, на журнальном столике остывал кофе. Он сидел в кресле напротив окна, задумчиво смотрел на желтые фонари в саду и вспоминал недавний разговор с Алиной.
- Я понимаю, что это не происходит по щелчку пальцев. Знаю, что тебе очень сложно простить меня, но…
Матвей заправил за ухо прядь ее каштановых волос и взял за руку.
- Если ты доверишься мне, то я обещаю, что ты больше никогда не почувствуешь себя ненужной рядом со мной.
Я больше никогда тебя не предам, Алин. Никогда не оставлю одну. Я сделаю все, чтобы ты и наши дочки ни в чем не нуждались.
Матвей крепче сжал руку Алины, наклонился к ее лицу и несколько секунд смотрел на красивые, манящие губы. Ему безумно хотелось поцеловать их. С трепетом, нежно-нежно, словно впервые.
Если бы она дала ему хоть один шанс, если бы позволила доказать, что он может стать любящим и заботливым мужем, то он сделал бы все возможное и невозможное, чтобы она была самой счастливой женщиной на свете.
Нет, Матвей не стал вдруг, совсем внезапно, идеальным семьянином, и у него не вырос нимб на голове. Просто у него было вполне достаточно времени, чтобы переосмыслил жизненные ценности и понять, что же в жизни важнее.
Какие-то женщины созданы для семьи, а какие-то для соцсетей. Кто-то способен быть лишь инстамоделью с кучей подписчиков, а кто-то стал бы прекрасным спутником по жизни, единомышленником, который будет двигаться с тобой в одном направлении.
Стоило ему только увидеть Алину спустя долгое время, как внутри снова что-то щелкнуло.
Ее смех, улыбка, голос, ласковый взгляд - все это казалось Матвею очень родным и своим, что ли. Даже несмотря на то, что его Алина одаривала исключительно холодным взором и равнодушным тоном.
Что было вовсе неудивительно.
Он прекрасно помнил, насколько сильно обидел ее много лет назад, и теперь отчетливо понимал, что поступил крайне эгоистично.
