Ослабив воротник рубашки, Матвей перевел взгляд на окно машины, из которого выглядывали два любопытных личика и, наверное, впервые с похорон отца почувствовал, как глаза зажгли слезы, а горло словно сжала невидимая рука.
Там, в каких-то тридцати метрах от него находились его собственные дочки. Две маленькие девочки, в которых текла его кровь и которые похожи на него как две капли воды. И если бы он не купил «Шеби» и не встретился там с Алиной, то, скорее всего, никогда бы и не узнал об их существовании…
- Я искал тебя, - не отводя взгляд от машины, тихо произнес Матвей.
- Если бы мы тогда смогли встретиться и поговорить, то…
- То ничего бы не изменилось, - равнодушно произнесла Алина. - Я бы все равно не смогла простить тебя и жить дальше, делая вид, что ничего не случилось. А еще знаешь…
Она печально усмехнулась и, пристально глядя в его глаза, вздернула подбородок.
- Я очень надеялась, что больше никогда не встречу тебя. Я дала себе слово, что даже если будет очень-очень тяжело поднимать детей в одиночку, то ты будешь последним человеком на планете, к которому я приду просить о помощи.
Я дала своим дочерям отчество их дедушки, только чтобы они не имели с тобой ничего общего. Они верили, что их папа улетел в космос и никогда не вернется, потому что всем сердцем, всей душой желала, чтобы они никогда о тебе не узнали, и не искали тебя, когда станут взрослыми. А знаешь, почему я так решила? - вытерев слезы, спросила Алина. - Потому что папа космонавт - это куда лучше, чем папа, который однажды вышвырнул их маму как бездомного щенка, плевав на ее чувства, на ее любовь.
Потому что это лучше, чем папа, который не желал, чтобы они появились на свет, и…
- Алин… - выставил ладони Матвей. - Я бы…
- И у тебя нет никакого права сейчас меня обвинять! - повысив голос, продолжила Алина. - Ты сам попросил не мешать тебе строить карьеру и посоветовал мне не тянуть с рождением детей. А я взяла и прислушалась к твоему совету, представляешь? Ведь уже не молодая была, согласись? И так стукнуло двадцать восемь, куда еще тянуть? - уколола она его же фразой.
- Помнишь, как ты говорил, что переживаешь за меня? Как, расставаясь со мной, ты желал мне счастья?
Не отводя от него взгляд, Алина кивнула на машину с дочками.
- Все твои пожелания сбылись. Я стала мамой двоих прекрасных девочек. Мы никого не угнетали своим присутствием, никому не мешали „работать и развиваться‟ и нам прекрасно жилось все эти годы втроем! - заключила она, сверля его презренным взглядом.
