Волосы выбились из косы, на лице – ни толики нетерпения или удивления.
Я лихорадочно оглядела небо. Виверна Теофании ждала в поле за деревьями, а все остальные крылья, которые я могла видеть, сцепились в битве над Дрейтусом. Это означало, что темная заклинательница пришла одна.
«Сколько тебе нужно времени, чтобы освободиться?» – поинтересовалась я у Тэйрна, расстегивая пряжку ремня и выбираясь через прореху в сети. Боль пронзила левую руку, но я сделала вид, что она принадлежит кому-то другому, и продолжила спускаться.
Боль не имела значения, если ты мертв.
«Погоди! – крикнул Тэйрн. – Не…»
«Я не позволю убить тебя, будто связанную свинью!» – возразила я.
Страх и гнев придали мне сил, и я вскарабкалась по его плечу, стараясь держать руку неподвижно, пока Тэйрн не затих. Должно быть, он выпустил когти еще до того, как нас накрыло сетью, потому что его передние лапы вытянулись и прикрывали нижнюю челюсть.
Вытащив рунический кинжал, я сползла вниз, ведя лезвием по лапе Тэйрна. Чешую такое лезвие разрезать не могло, зато все веревки легко ему поддавались.
– Сбили сетью? – издевательски спросила Теофания, приближаясь к нам. – Как легко оказалось поймать этих двоих.
Двоих.
Рев!
«У них Сгаэль!»
Ярость Тэйрна накрыла меня словно кислота.
Я встала перед Тэйрном, вновь зачерпнула его силу, и мои опаленные вены приветствовали новую встречу с жаром и пламенем.
«Серебристая», – предостерегающе зарычал Тэйрн.
Его рык сопровождался звуками рвущейся веревки.
– Если я выгорю, то пусть так, но тебя она не тронет, – вслух произнесла я, чтобы Теофания поняла: я не шучу.
– Ты уже сделала свой выбор? – поинтересовалась темная заклинательница, делая еще шаг.
– Да.
Я вскинула правую руку в небо, позволила энергии течь сквозь меня, а затем дернула ее вниз кончиком пальца.
Теофания переместилась на десять шагов вправо, двигаясь с большей скоростью, чем я когда-либо видела.
– Тебе придется быть…
Я вызвала еще одну молнию, не дав ей договорить, и ударила по тому самому месту, где она стояла.
Гром грянул мгновенно.
Но Теофания была уже в восьми шагах слева от меня.
– Быстрее.
Она все-таки закончила фразу, и я снова ударила по ней молнией – с тем же результатом.
И снова, и снова, и снова.
Мои легкие горели, я вдохнула самую сущность того, во что превратилась, – жар, силу и ярость, и все же Теофания была слишком быстра для меня и с каждым неудачным ударом молнии перемещалась все ближе к Тэйрну.
«Почти», – заверил меня он, продолжая рвать веревки.
