«Вы подписали соглашение о том, чтобы стая осталась?»
Я спросила Ксейдена на всякий случай.
– Они по-прежнему действуют против темных колдунов. – Пальцы Ксейдена замерли. – «Иначе я бы здесь не сидел».
«Тогда у меня идеальный план».
– Откуда это вам известно? – Герцогиня Моррейна повернулась на стуле к Ксейдену.
«Кому знать, как не мне», – ответил он только мне одной.
– Нас еще не атаковали, а Барлоу по-прежнему находится в допросной камере. Чары действуют. – Ксейден склонил голову набок и взглянул на меня с тем же предвкушением, как перед боем на мате.
– «Не терпится увидеть представление».
– Я избавлю всех от возни с судом и казнью. – Я показала на нашивку, которую сама срезала вчера ночью с формы. – Она моя. Это я организовала изменение камня. Это из-за меня к летунам вернулась магия, а у вас теперь расчищен путь к альянсу. Не за что.
Сенариум встретил это признание шестью парами поднятых бровей и одной охренительно сексуальной усмешкой.
«Что-то мне подсказывает, ты решила действовать в лоб».
«Ни на что другое нет времени, как нет доказательств участия других людей, если что-то пойдет не так».
– Я… – Герцогиня Моррейна посмотрела на остальных за столом, ее огромные рубиновые сережки шлепнули по ее золотисто-бронзовому подбородку, пока она мотнула головой. – И что нам с этим делать?
– А ничего, – ответил Ксейден, глядя на меня так, будто в зале больше никого нет. – Вчера ночью кадет Сорренгейл и все ее возможные соучастники совершили преступление, а сегодня утром вы все до единого и наш король подписали помилование.
Я кивнула.
«Блестяще, безумная женщина».
Его взгляд жег, и я поборола улыбку."
"– Значит, мы ничего не можем сделать? – Герцогиня Эльсума наклонилась вперед, ее длинные каштановые пряди мазнули по столу. – Она изменила всю нашу оборону – и что? Просто возвращается в класс?
– Похоже на то. – Герцог Коллдира медленно кивнул.
– Похоже, эта юная леди немалого добилась, – произнес новый голос от северных дверей зала.
Я мельком взглянула туда, а потом во все глаза уставилась на прибывшую женщину. Серебро ее филигранного нагрудника бликовало в утреннем свете, а улыбка пустила морщинки по светло-коричневой коже в уголках темных глаз, когда она выступила вперед. На ней были алые штаны, короткий меч на бедре и блестящая тиара на непокорных кудрях – сильный контраст с ее оружием. Королева Марайя.
– Ваше величество. – Я склонила голову, как меня учил отец.
