Мысль, что он будет сидеть в темноте на балконе рядом с Бев (даже если между ними усядется Ричи), была необычайно притягательной.
— Подождем начала сеанса, а потом войдем, — предложил Ричи. Он улыбнулся и подтолкнул локтем Бена. — Тебе что, Хейстек, жизнь не дорога?
Бен сдвинул брови, а затем фыркнул от смеха. Засмеялся и Ричи. Глядя на них, Беверли тоже засмеялась.
Ричи снова подошел к билетной кассе. В окошке губошлепая миссис Коул взглянула на него с кислой гримасой.
— Добрый день, мадам, — произнес Ричи голосом барона Батхоула.
— Мне срочно нужны три билета в ваш очаровательный кинематограф.
— Перестань дурачиться, мальчик, и повтори, что тебе нужно, — пролаяла из круглого окошечка миссис Коул, крашеные ее брови задвигались так угрожающе, что Ричи не выдержал и просто просунул в отверстие под щитком мятый доллар, пробормотав: — Три, пожалуйста."
"Из окошечка выскочили три билета. Ричи взял их. Губошлепая миссис Коул швырнула ему четвертак сдачи.
— И чтобы не дурить у меня! Коробочки из-под кукурузы не разбрасывайте.
Не кричите, по вестибюлю не бегайте, в проходе не толпитесь! — давала она наставления.
Ребята постояли у входа еще какое-то время, ожидая начала сеанса. Миссис Коул наблюдала за ними из своей стеклянной клетки злобно и с подозрительностью. Ричи развлекал Бев рассказом о том, как они строили плотину на Пустырях, и изображал мистера Нелла с его ирландским акцентом. Беверли крепилась недолго, засмеялась, а потом захохотала. Даже на лице Бена то и дело появлялось некоторое подобие улыбки, хотя его глаза косились на стеклянную дверь кинотеатра, лишь изредка останавливаясь на лице Беверли.
10
На балконе все было спокойно. Во время показа первого фильма Ричи заметил внизу Генри Бауэрса и его «шоблу». Они сидели во втором ряду, в точности, как предполагал Ричи. Всего человек пять-шесть из пятого, шестого и седьмого классов, и все как один в мотоциклетных ботинках, которые они, вытянув ноги, положили на сиденья первого ряда. Фокси то и дело подходил и приказывал им убрать ноги с сидений.
И они подчинялись. А когда директор повертывался спиной, они вновь как ни в чем не бывало задирали ноги. Через пять — десять минут Фокси возвращался, и опять повторялась та же история. У Фокси, видимо, не хватало духу удалить их из зала, и они это знали.
Фильмы были и впрямь потрясающие. «Подросток Франкенштейн» оказался, как полагается, очень крутым. «Подросток-оборотень» еще круче, возможно, потому, что не такой уж веселый.
