Как только он повернулся к Биллу, улыбка тотчас слетела. — Я бы не стал убивать какого-то парня только за то, что на нем клоунский костюм. Ты самый мой лучший друг, Билл, но я ни за что не стал бы стрелять в него, да и тебе не позволил бы, если б мог остановить тебя.
— А что если и п-правда, там г-груда костей?
Ричи облизнул губы и помолчал секунду. Затем спросил:
— А что ты будешь делать, если это не человек, Билли? Вдруг это какой-то монстр? Что если монстры и впрямь существуют? Бен Хэнском утверждает, что это мумия и что шары летели против ветра и не отбрасывали тени.
А эта фотография в альбоме Джорджа… Либо нам померещилось, либо это колдовство. А должен сказать тебе, старина: не думаю, что нам тогда померещилось — посмотри на свои пальцы. Скажешь, почудилось?
Билл покачал головой.
— Так что мы будем делать, если это не человек, Билли?
— Т-тогда нам надо п-придумать что-нибудь еще…
— Ну да. Могу себе представить. Ты пускаешь в него четыре-пять пуль, а он прет на тебя, как подросток-оборотень из фильма, который я смотрел вместе с Беном и Бев.
Ты стреляешь в него в упор, а ему хоть бы что. Я бросаю ему в глаза чихательный порошок — никакого эффекта. Что ты тогда скажешь? Подождите, постойте, мистер монстр, у нас что-то не получается. Подождите, я сбегаю в библиотеку. Вот прочту, как с вами разделаться, и сейчас же вернусь. Ты это ему тогда скажешь, Большой Билл?
Ричи посмотрел на своего друга, в голове у него гудело. Он отчасти хотел, чтобы Билл проявил упорство и отстоял необходимость расследования, но другая половина его души желала отчаянно, чтобы Билл отказался от рискованного предприятия.
В некотором смысле эта затея напоминала просмотр фильмов ужасов в «Алладине», но в остальном ситуация существенным образом отличалась от киношной. В кино тебе ничто не угрожает, ты знаешь, что все закончится благополучно, а если даже и будет страшный финал, никто не станет сдирать с тебя кожу. Фотография в альбоме Джорджа совсем не походила на киношные страсти. Ричи уж было решил, что понемногу забывает о ней, но, как видно, он себя обманывал: достаточно было снова взглянуть на эти страшные порезы на пальцах Билла.
Если бы он тогда не отдернул руку Билла…
Между тем Билл, как это ни странно, улыбался. Трудно было в это поверить, но он действительно улыбался.
— Тогда ты хотел по-пойти и по-посмотреть эту фотографию, — сказал он, — теперь я хочу, чтобы ты п-поехал со мной и п-посмотрел на тот дом. Так что услуга з-за услугу.
— Ничего себе услуга.
