В его компетентности нет никаких сомнений.
Игорь затыкается, опускаясь на стул. Нервно перебираю мысли – у такого человека на осмотре я точно не была, но Катя с ним знакома, слышала из её уст эту фамилию.
– Ответчик, вы подтверждаете, что отцом вашего ребёнка является Рокотов Герман Сергеевич?
– Да, подтверждаю, – выдаю без раздумий и пауз. Отнекиваться не имеет смысла, к тому же Рокотов сейчас спас меня и деньги моего отца.
– Удовлетворение пункта семь брачного договора является невозможным в связи с новыми обстоятельствами дела, – заключает судья.
‒ У сторон есть дополнительные заявления и ходатайства?
– Истец просит удовлетворения пункта одиннадцать настоящего договора, – наконец-то подаёт голос адвокат Игоря. – Ответчик подтверждает связь на стороне, что является изменой. Компенсация по этому пункту три миллиона рублей.
– Уважаемый суд, мы желаем оспорить этот пункт, предоставив дополнительные материалы, – поднимается Глеб.
Судья даёт разрешение, и мой адвокат подходит к плоскому телевизору справа от судьи, вставляет флэшку.
Включается видео. То самое, из клуба, с зажимающимися Игорем и Анжеликой Рокотовой.
– На видеозаписи стоит дата. Так же прилагается фото с разных ракурсов. Плюс не меньше сотни свидетелей – посетители клуба. Беременность жены истца наступила позже указанной даты, соответственно, истец был уличён в измене раньше. – Глеб выключает видео, отдаёт флэшку судье.
– Да вы, блин, издеваетесь? Решила оставить меня без гроша в кармане? – орёт Игорь.
– Она тоже изменила!
– Истец, у вас имеются доказательства измены супруги: фото, видео или аудиозапись?
– Нет, – сглатывает Игорь. – У меня ничего нет…
– Суд приобщит к делу полученные материалы, детально их рассмотрев. Окончательное решение будет вынесено через семь дней на повторном заседании.
Судья удаляется в боковую дверь. Вот так быстро? Всё?"
"Я не решаюсь смотреть на Германа. Не могу и слова из себя выдавить. Сижу, словно вросла в этот чёртов стул, не в состоянии пошевелиться.
– Как ты это провернула? – орёт Игорь. – Денежки приплатила? – идёт на меня, огибая стол.
– Не нужно, Игорь Константинович! Вы сделаете только хуже! – придерживает Лавийского адвокат.
– Не трогай меня! – скидывает руки мужчины. – Я хочу поговорить с ней!
Я встаю в ожидании дальнейших обвинений Игоря, но Рокотов поднимается, заслоняет меня собой так, что я даже мужа не вижу.
– С ней ты разговаривать не будешь, – рычит Герман. – Можешь поговорить со мной.
