— Даже если я освобожусь от руки Рокко, он все равно поймает меня. И тогда будет только хуже.
— Посмотри на меня.
Когда открываю глаза, Алессандро придвигается еще ближе, и лбом практически касается моего.
— Я уже говорил тебе. Твой муж больше никогда не поднимет на тебя руку. — Он так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже. — Дело не в Рокко. Дело в тебе, Равенна. Чтобы ты никогда не чувствовала себя беспомощной и всегда могла защитить себя. А теперь постарайся вырваться.
Я смотрю на его хмурое лицо и темно-синие глаза, затем обхватываю руками его запястья, отталкивая их в сторону.
Ничего не происходит. Ни на дюйм.
— Ты пытаешься противостоять мне в силе, — говорит он. — Большинство мужчин будут крупнее и сильнее тебя.
— И что тогда?
— Нужно бить по моим слабым местам. Большие пальцы. — Он убирает правую руку с моего горла и кладет ее на макушку моей головы. — Отступи назад правой ногой. Затем наклонись. — Он толкает мою голову вниз и направляет ее под свою левую руку. Его хватка на моей шее исчезает.
— Ты свободна.
— Твоя хватка была слабой.
— В следующий раз не будет. Еще раз.
Он снова обхватывает пальцами мое горло, но его хватка остается слабой.
— Нога. Наклонись. Всем телом, Равенна, а не только головой. Еще раз.
Я продолжаю тренироваться, но все равно плохо концентрируюсь на самом движении. Всё внимание сосредоточено на руках Алессандро на моей шее. Его пальцы в моих волосах, он направляет меня, когда я не опускаюсь достаточно низко. Близость его тела.
— Тебе нужен перерыв? — спрашивает он после двадцатого или около того раза.
Да. Нет. Не знаю. В голове туман, и не могу понять, то ли это от того, что я повторяю одно и то же движение снова и снова, то ли от того, что он так близко. Думаю, последнее. И я хочу больше его прикосновений.
— Давай повторим еще несколько раз, — выдыхаю я.
Алессандро кивает и кладет руки мне на шею. Я не делаю движения, чтобы наклониться. Вместо этого поднимаю руки и обхватываю пальцами его запястья.
Или, по крайней мере, пытаюсь это сделать. Его запястья толще, чем мои лодыжки.
— Мы уже выяснили, что такой подход не сработает, Равенна.
— Я помню, — отвечаю и удерживаю его взгляд. Алессандро переводит взгляд на мои губы. Боже, как же я хочу снова почувствовать его губы на своих — так сильно.
Он ослабляет хватку на моей шее и поднимает руки, обнимая ладонями мое лицо. Его выражение лица совершенно не читается, в отличие от опасного взгляда его глаз.
