После всего, что мы пережили за эти короткие дни, у меня нет
причин сомневаться в её порядочности. Она не предаст. Но жизнь научила меня, что нельзя полагаться только на честное слово. Любые отношения, даже самые доверительные, должны быть подкреплены бумагами, особенно когда речь идёт о деле, в которое ты вкладываешь всю себя.
А если с Терес что-то случится? Если она заболеет? Если по какой-то причине не сможет защитить мои интересы?
Я посмотрела на свои руки, покрытые мучной пылью и мелкими ожогами от горячих противней.
Сколько труда я уже вложила, сколько планов построила. И всё это может рассыпаться, потому что юридически меня здесь не существует.
– Терес, – осторожно начала я. – Нам нужно его найти. Пекарня ведь принадлежит вашему мужу. Без него…
– Да-да, я всё понимаю, – ответила Терес. – Вчера я обошла некоторые места, где бы он мог быть – таверну ""Солёный угорь"", порт…
– И никакого следа?
– Завтра… завтра я пойду на старую лодочную мастерскую.
– Спасибо, – тихо произнесла я, надеясь, что всё обойдётся.
После уборки маленькая пекарня на Соляной улице затихла, погрузившись в сумерки.
Терес проводила меня до перекрёстка, и мы разошлись.
Вечерний город медленно погружался в дремоту. Один за другим гасли огни в окнах, смолкали последние разговоры, и лишь редкие фонари тускло освещали мой путь домой. Мороз крепчал, пробираясь под одежду холодными щупальцами.
Дойдя до дома и накормив Шторма, я вошла на кухню и прислонилась к дверному косяку. Усталость навалилась внезапно, придавив к полу тяжестью прожитого дня.
Даже мысль о растопке печи казалась непосильной задачей. Больше всего на свете хотелось просто упасть и забыться сном.
Опустившись на деревянную лавку, я с тихим стоном потёрла поясницу и бросила раздражённый взгляд на солому. В висках пульсировал вопрос: сколько пройдёт времени, пока я накоплю на нормальную кровать? И даже если чудом соберу нужную сумму – куда её ставить? На кухне нет места.
– А может, перебраться к Терес? – пробормотала я, растирая озябшие пальцы.
Она говорила, что у неё есть свободная комната на втором этаже.
С каждой минутой мысль о тёплом жилье с настоящей кроватью становилась всё соблазнительнее.
Какой смысл цепляться за это промёрзшее пристанище, где единственный собеседник – собственная тень?"
"– Завтра же поговорю с ней, – решительно произнесла я, поднимаясь с лавки.
И в этот самый момент, словно в ответ на мои слова, в глубине дома что-то изменилось.
