Такое чувство, точно стоишь на самом краю пропасти: дрожь в коленях, холодок по спине, и этот парализующий ужас – крикнуть, бежать, но ноги словно вросли в пол, а горло сжато невидимой петлей.
Инстинктивно протянув руку, я провела ладонью по шершавым, холодным перилам лестницы. И вдруг… ясно, отчётливо, в сознании вспыхнуло:
“Виктор был здесь!”
Я резко дёрнулась, отпрянув от лестницы.
Откуда я вообще могла об этом знать?
Звучало как бред, как голос безумия, шепчущий на грани сознания… Но я чувствовала присутствие Виктора всем телом – едва уловимый, сладковато-пряный шлейф его одеколона висел в воздухе…
Нет-нет, я замотала головой, пытаясь стряхнуть наваждение.
“Воображение, всего лишь расшатанные нервы!” – твердила я себе, сжимая виски пальцами. Его внезапное появление… Эта встреча, от которой я до сих пор не могла опомниться, словно удар под дых.
Я глубоко вдохнула, выпрямила спину и, собрав в кулак рассыпавшуюся волю, последовала на второй этаж.
Я обещала себе подумать над случившемся, но… Потом.
Подумаю обо всём потом. Завтра. После долгого сна. На свежую голову. Сейчас нужно только одно – забыться.
Но сон бежал от меня. В темноте комнаты перед глазами то и дело вставал портрет из кабинета – суровое лицо, неумолимый взгляд…
Глупо отрицать очевидное: этот дом когда-то принадлежал предкам Виктора. Возможно, кто-то из его семьи собственноручно заложил первый камень в фундамент. Но… знает ли об этом сам Виктор? Сомневаюсь.
– Нобель говорил, что в администрации имеется домовая книга, – сквозь тишину произнесла я вслух, обращаясь… к кому? К самой себе? К дому? К призракам прошлого? Не знаю! Эта ситуация… Она выбила почву из-под ног, сбила ориентиры.
Да, на кой чёрт мне эта дурацкая домовая книга? Что я с ней сделаю? Покажу Виктору? Торжественно объявлю: “Смотри, твои предки жил тут, это твои корни?!”
И зачем? Ради чего? Чтобы дать ему повод… крючок остаться здесь? Возможно, навсегда?
Нет, он не должен узнать!
Я перевернулась с боку на бок, нервно фыркнув в подушку.
Одеяло показалось тяжёлым и душным, несмотря на прохладу в комнате. Я злилась, и злилась больше на себя. Позволила прошлому завладеть мной, впустила его в свои мысли.
Нужно жить настоящим и думать о будущем. А в моём будущем точно нет места моей мерзкой семейке и уж тем более Виктору!
***
Я проснулась от собственного вскрика. Сердце колотилось о рёбра, простыня смята… Это просто сон… Всего лишь сон. Но такой реальный.
В этом кошмаре я снова видела отца.
