– Что произошло?
Терес подняла заплаканное лицо.
– Он ушёл, – прошептала она дрожащим голосом. – Март ушёл. Забрал деньги из кассы и… просто ушёл.
– Я больше не смогу, Анна, – протянула Терес. – Не смогу его принять. Снова. Если Март придёт…
– Если он придёт, – я поднялась на ноги и помогла встать своей подруге.
Подруге… Интересно, я могу называть Терес подругой? Наверное, да. Хотя мы с ней знакомы не так давно, но уже столько всего пережили.
В груди что-то отозвалось глухим стуком. Сердце, скованное панцирем льда, вдруг дрогнуло.
Трещина. Тонкая, почти невидимая.
В этом мире у меня не было подруг. Никого близкого. И вот – привязалась. Слишком сильно, слишком отчаянно. И не только к Терес… К этому миру с его магией и опасностями, к этому новому телу, которое все еще ощущалось чужим.
Теперь я готова вгрызться зубами в любую возможность, чтобы вырвать у судьбы кусок жизни. Жизни, которая обязана быть лучше той, что осталась за гранью воспоминаний – серой, безрадостной, полной разочарований.
Штаймер… Да пусть катиться лесом!
Внезапно в голову пришла идея – жестокая, циничная, эгоистичная: “А если натравить на префекта Дала-Эрне… целого дракона?”
Виктор. Он ведь приехал не просто так. Наверняка замаливать прощение. Интересно, что ему удалось выяснить? Можно спросить, но… Но мне так не хотелось вновь окунаться в то дерьмо, в которое меня макнули.
“Нет…” – я помотала головой. Использовать Викора? Это было бы… слишком низко. Слишком похоже на них. На тех, для кого власть – инструмент для слома чужих жизней.
Я не опущусь до этого. Не позволю этой грязи въесться в душу.
Но я все же должна побороться!
– Если Март придёт, – я с силой выдохнула, заставив себя вернуться в комнату, к бледному лицу Терес, к тяжести момента. – Я самолично спущу его с лестницы!
Из моих уст слова прозвучали как приговор.
Я увидела, как Терес вздрогнула. Она любила Марта – это была неоспоримая истина. И от этой истины на душе становилось ещё отравительнее, ещё невыносимее.
– Тебе нужно отдохнуть, – мой голос прозвучал мягче, чем я ожидала.
– Ты совсем измотана. Прийти в себя – это сейчас самое важное.
Терес безвольно кивнула. Слёзы высохли на её щеках, оставив солёные дорожки. Опустошение – вот что отражалось в её взгляде. Я помогла ей лечь на кровать, укрыла одеялом. Её руки были ледяными, несмотря на тепло в комнате.
– Я сейчас вернусь, – пообещала я, поправляя подушку под её головой.
Спустившись на кухню, поставила чайник на огонь.
