Опасная невинность (ЛП)

Если бы я была ответственна за то, чтобы отправить Девани в тюрьму, остальной клан охотился бы на нас.

Шеймус и я были на пути в Майами. Мы заказали самый ранний рейс, когда Сергей сообщил нам информацию. Он был в первую очередь бизнесменом, и ведение бизнеса со мной было важнее, чем защита определенной информации.

— Почему ты не сказал, Эйслинн?

— Сейчас еще не время. Мы не знаем, что мы найдем. Я бы хотел узнать подробности, прежде чем открывать что-то Эйслинн. Она эмоционально вовлечена.

— Это ее сестра. Конечно, она! Ты бы тоже был вовлечен, если бы один из твоих братьев исчез.

— Если бы один из моих братьев исчез, я бы знал, что они либо мертвы, либо находятся в серьезной опасности. Сестра Эйслинн охотится за деньгами и членом. Она не в опасности.

— Она с русским бизнесменом, не самый лучший источник денег.

Имоджен не была моей проблемой, и все же она была. Эйслинн не успокоится, пока не узнает, что случилось с ее сестрой. Из того, что я узнал о женщине, которую описал Гулливер, и из бесчисленных других рассказов людей в Петле Судьбы, было очевидно, что произошло.

Сразу после приземления мы поймали такси до пристани. Сергей дал мне номер причала, где я мог найти яхту, на которой сейчас жила Имоджен. Максим, владелец этой яхты, знал о нашем визите. Слово Сергея, вероятно, было единственной причиной, по которой он вообще нас принял.

Солнце садилось за океан, когда мы направились по причалу к его яхте «ALYONA», названной в честь его жены.

— Как думаешь, Имоджен знает о его жене?

— Может, он рассказал ей душещипательную историю о том, что он вдовец.

Я бросил неверящий взгляд на Шеймуса. — Как будто это было необходимо. Ей нужны его деньги, а не сердце — если оно у него вообще было.

Два телохранителя стояли в конце причала, преграждая путь к яхте. Это была одна из средних по размеру яхт, но, зная цену аренды в этом месте, Максим все равно был отвратительно богат.

— Сегодня никакого насилия. Мы здесь как друзья Сергея и должны вести себя соответственно.

— Друзья, — выплюнул Шеймус.

Я усмехнулся. Позади двух телохранителей появился очень высокий светловолосый мужчина лет пятидесяти. Он был подтянут, одет полностью в белое — вплоть до белых тапочек — и было видно, что его лицо перенесло несколько пластических операций, но в целом Имоджен могла бы выбрать и похуже, по крайней мере, с физической точки зрения.