Опасная невинность (ЛП)

Но я должна была признать, что слова Лоркана действительно заставили меня захотеть попробовать — и не потерпеть неудачу. Была ли я сумасшедшей, если стремилась к тому, во что даже не верила до Лоркана, с таким человеком, как Лоркан? Возможно.

— Но сможешь ли ты когда-нибудь простить меня за то, что я предала тебя? — Я ненавидела Патрика за то, что он изменил мне и никогда не смогу забыть об этом.

Выражение лица Лоркана напряглось. — Это не одно и то же. Если бы ты переспала с другим мужчиной, я бы никогда тебя не простил.

Для меня это было бы нарушением самого главного принципа брака. То, что ты сделала, по-прежнему плохо, по-прежнему является формой предательства, но я понимаю, как это произошло. Ты не доверяла мне, и мои действия затрудняли тебе это. Ты была в отчаянии. Я знаю, что это не повторится, потому что сейчас ты позволяешь себе доверять мне, не полностью, но это начало. И я начал прощать тебя за то, что ты сделала. Это не значит, что я когда-нибудь забуду, но в конечном итоге это будет лишь частью нашей истории, тех трудностей, которые нам пришлось преодолеть, чтобы построить прочный фундамент для нашего брака.

Я тяжело сглотнула. Я жалела, что Лоркан не говорил со мной так несколько месяцев назад. Я не была уверена, что поверила бы его словам, но, возможно, это изменило ситуацию. — Я не предам тебя снова. После нападения ко мне обратилась полиция в Дублине. Они хотели напугать меня, привлечь на свою сторону и обещали мне безопасность. Я прогнал их.

Лоркан кивнул. — Я знаю. Это был способ Балора проверить тебя.

Мой рот открылся, и во мне вспыхнул гнев на то, что со мной так играют, но потом я решила, что рада.

— Справедливо, — сказала я со вздохом. — Но в будущем нам нужно быть честными друг с другом. Ложь приводит только к недоверию. Я не хочу этого. Сейчас столько всего происходит, я хочу быть уверен, что ты на моей стороне.

— Я на твоей стороне. Думаю, мои действия доказывают это.

— Это так. И я на твоей стороне, Лоркан, даже если признание этого пугает меня.

Я забрал Финна из аэропорта. После того, как утром у Имоджен остановилось сердце и потребовалось две попытки оживить ее, Эйслинн не хотела покидать сестру. Часть меня думала, что будет лучше, если Имоджен умрет. Я был жестоким ублюдком, и смерть была частью жизни, но в основном я беспокоился за Эйслинн. Вся ее жизнь теперь крутилась вокруг сестры и больницы. Это было нездорово, и конца этому не предвиделось. Возможно, приезд Финна постепенно приведет к переменам.