Опасная невинность (ЛП)

С моим бледным цветом лица было трудно скрыть смущение или гнев. Я слишком быстро краснела, что некоторые находили очаровательным, но я ненавидела это со страстью.

Я сделала несколько шагов к нему.

Еще несколько шагов.

Мои голые голени ударились о его штанины.

— Я заплатил за ночь развлечений. Как насчет того, чтобы развлечь меня сейчас? Мне становится скучно. — Он откинулся назад, двигая своим телом. — Я весь твой.

— Как будто это еще не было развлечением для тебя, — шипела я, мой темперамент прорывался наружу.

Ему нравилось смущать меня. Я не была уверена, что сделала ему такого, чтобы заслужить это, или, может быть, это было в его природе — играть с людьми. Скорее всего, последнее.

— Если ты имеешь в виду эту комичную версию стриптиза, то могу тебя заверить, что это было затянуто.

Я стиснула зубы. — Ты мучаешь меня.

— Думаешь, это я тебя мучаю? — В его голосе появились опасные нотки.

— Конечно. Тебе нравится смущать меня и заставлять делать то, чего я не хочу.

Он рывком поднялся на ноги, заставив меня сделать шаг назад, и возвысился надо мной с убийственным выражением лица.

 — Ты продала товар, и я купил этот товар за очень высокую цену, могу добавить. Если у тебя не было намерения выполнить заказ, то не следовало предлагать его вообще. Там, откуда я родом, долги выполняются. И ты должна мне ночь.

Он был прав. Я продала свое тело, и теперь он ожидал от меня исполнения. Не имело значения, что я была слишком наивна, чтобы понять природу бизнеса, по крайней мере, в его глазах.

— Тогда возьми то, что я тебе должна, — прорычала я.

 — Я не буду в долгу перед тобой.

Он обнял меня за шею, мягче, чем я ожидала, и склонился, так что мы оказались на уровне глаз. Мои ресницы нервно затрепетали. Он втянул мою нижнюю губу в рот, а затем провел языком по шву моих губ. — Так сладко, как я и думал. О, Эйслинн, ты забралась слишком глубоко.

То, как он произнес мое имя, было слишком знакомо, как будто он знал обо мне больше, чем следовало.

Его улыбка была мрачной, глаза — торжествующими.

Он опустился в кресло так, что его ухмыляющееся лицо оказалось на одном уровне с моей самой интимной частью. — Какие у тебя планы на меня? Что может стоить три тысячи долларов? — спросил он.

— Я не предполагала, что столько стою. Ты и другие мужчины предположили, что это так.

Он наклонил голову. — Значит, я заплатил за тебя слишком много?

— Это зависит от точки зрения, я думаю, — надменно сказала я.

Его взгляд прошелся от моей обнаженной груди до вершины бедер.