Опасная невинность (ЛП)

— Значит, у тебя тоже плохое предчувствие?

— Как же иначе? Ты же знаешь Имоджен. Она очень похожа на меня, когда я была в ее возрасте, всегда выбирала не того парня.

Я кивнула. У Имоджен был плохой вкус на мужчин. Женатых. Намного старше. Чаще всего преступники или неудачники.

— Ты не ходила на свидания, сколько себя помню, мама, поэтому я не могу ручаться за твой вкус в мужчинах.

Мама отмахнулась от меня. — Не хочу, чтобы в моей жизни был мужчина. От них одни неприятности.

Я закатила глаза, но отчасти поняла ее.

У меня все равно не было времени на кого-то. Работа, Финн и домашние хлопоты занимали большую часть моего времени. Не говоря уже о том, что я каждый день уделяла время совершенствованию своих кулинарных навыков в надежде, что однажды смогу открыть собственный ресторан. — У меня достаточно денег, чтобы оплатить билет в один конец до Нью-Йорка и несколько ночей в дешевом хостеле.

Она сделала паузу. — А что насчет Патрика? Что он скажет, если ты уедешь?

Я еще не рассказала маме о разрыве. Она была измучена, когда вернулась домой вчера поздно вечером, и я не хотела нагружать ее своими проблемами.

Мое выражение лица, должно быть, выдало меня. Мамины глаза расширились. — Что случилось? Что он сделал? — Мама никогда не была большой поклонницей Патрика, это и ее общее недоверие к мужчинам, естественно, заставило ее предположить, что он что-то сделал, и она была права в этот раз.

— Он изменил мне, — сказала я.

Гнев искривил мамины губы. Я могла сказать, что она хотела сказать что-то действительно ужасное, но она была из тех людей, которые предпочитают ничего не говорить, если нечего сказать хорошего. — Ты порвала с ним?

Я пожала плечами. — Да. Ну, типа того. Он попросил меня рассматривать мою поездку в Штаты как перерыв и дать нам еще один шанс, когда я вернусь.

— Черт возьми, только не говори мне, что ты согласилась на эту ерунду.

— Я не соглашалась и ничего не говорила. Просто попросила его уйти.

— Не давай ему второго шанса. Однажды мошенник всегда остается мошенником, поверь мне.

— Я знаю, мама. — Мой отец изменял ей, неоднократно, и мама прощала его снова и снова — пока, наконец, не перестала, и тогда он ушел. С тех пор я его больше не видела. Это было четырнадцать лет назад.

— Не хочу думать о нем сейчас.