Опасная невинность (ЛП)

Отвращение, страх и презрение — к этим ощущениям я могла бы подготовиться, но не к тому, как быстро моя чувствительная плоть наполняется кровью, и не к влажному ощущению между ног.

Я никогда не знала, что чьи-то руки и рот на моей груди могут приблизить меня к разрядке, но Лоркан точно знал, как играть моими сосками для максимального удовольствия.

Лоркан властвовал над моим телом, и я была слишком опьянена ощущениями, чтобы бороться с ним. Он внезапно встал, возвышаясь надо мной во всей своей ужасающей славе. Он обхватил мое горло, наклонил мою голову, чтобы я встретилась с ним взглядом, прежде чем его рот опустился на мой, и его язык взял меня в плен.

Его щетина царапала мой подбородок и губы, и это возбуждало меня еще больше. Я тяжело дышала через нос, подчиняясь поцелую Лоркана. Его хватка на моем горле только усиливала мое возбуждение. В этом не было ничего романтического.

Лоркан убрал руку с моего горла, схватил меня за бедра, поднял с земли и бросил на кровать. Удар выбил воздух из моих легких, иначе я бы вскрикнула от удивления.

Он забрался на меня сверху и грубо поцеловал, прежде чем его рот захватил мой сосок для резкого сосания. Медленно он втянул в рот все больше моей груди, посасывая и облизывая. Его темные глаза не отрывались от моего лица. Его рука разминала мою вторую грудь, зажав сосок между указательным и большим пальцами, потягивая и выкручивая его.

Это не было неопытное шатание Патрика, которое заставило мои мысли блуждать по более интересным местам. Лоркан держал мое тело и разум в плену своих требовательных прикосновений, и мое тело ответило потоком возбуждения, который полностью ошеломил меня.

Лоркан спустился ниже и зажал мои трусики между зубами, бросившись на меня, как бешеная собака, а затем злобно дернул. Ткань порвалась, и он выплюнул ее, его рот исказился в голодном рычании. Он опустил голову, раздвинул мои ноги еще шире и лизнул мою линию от отверстия до клитора.

Я вскрикнула от неожиданности и полного удовольствия. Его глаза были закрыты капюшоном, поскольку он рассматривал мою киску как изысканное лакомство.

Он снова лизнул меня таким же образом, нежно лаская мою чувствительную плоть. Лоркан не делал пауз. Он ласкал мою киску по-звериному, отчего я потеряла дар речи, кроме ошеломленных стонов и потрясенных вздохов, вырывавшихся из моих губ. Я была его пищей, предназначенной для наслаждения. И он это сделал. Он раздвинул мои ноги так, что колени почти касались плеч, обнажая меня еще больше.