Опасная помощница

Теперь я постоянно испытывала голод, крошечный человечек внутри меня всё время хотел есть.

— Давай опустим эту штуку, Алиса? Ты не против?

Демидов нажал кнопку, и перегородка между нами поползла вниз.

— Так лучше, правда?

— Конечно! — с энтузиазмом согласилась я.

Но всё равно, даже с опущенной перегородкой сиденья были максимально отделены друг от друга. А жаль! Понравилось, как мы сидели с шефом, когда летели в Москву — гораздо ближе друг к другу, чем здесь. Я смотрела на тяжёлую кисть Демидова на подлокотнике и вспоминала, как эта рука скользила по моему телу, гладила, сжимала, ласкала… От этих воспоминаний по телу пробегала горячая дрожь, вены наполнялись огнём, грудь тяжелела…

Степан Андреевич достал планшет и погрузился в цифры и графики, а я принялась исследовать пространство, нажимать все кнопки, изучать гаджеты.

«Лисёнок, не упусти свой шанс!»

«Ведь он не просто так взял тебя с собой в командировку?»

«У Демидова явно есть какой-то план, я в этом не сомневаюсь!»

«Бери быка за рога!»

«Хороший кандидат, он нам подходит!»

«Алиса, ты почему не отвечаешь? Отключила телефон?»

«Ладно, не отвечай. Но ушами не хлопай, ясно? Демидов — отличный вариант!»

— Что ты там читаешь? — поинтересовался босс, и я вздрогнула всем телом и быстро выключила телефон.

— Да так… Подружка сообщений накидала.

— Прямо засыпала тебя ими.

«Не о чём, а о ком. О вас она пишет, Степан Андреевич, о вас!»

— Всякую смешную ерунду.

— Если смешную — это хорошо. — Демидов на мгновение задумался. — Знаешь, Алиса… Мне нужно тебе кое-что сообщить.

Он произнёс это таким тоном, что я сразу же напряглась, сердце заколотилось, в горле моментально пересохло. Вероятно, сейчас я узнаю причину всех тех загадочных взглядов, которыми он одаривал меня в последнее время. А я не могла их расшифровать, но ведь догадывалась, что всё не просто так.

Господи… Неужели сейчас он признается в своих чувствах? Скажет, что давно уже неравнодушен ко мне, что испытывает сильное влечение? Очень даже может быть. Босс выпил два бокала шампанского — свой и мой — поэтому сейчас, наверное, находился в расслабленном состоянии. Как раз для романтических признаний.

— Кое-что сообщить… — эхом повторила я. Меня уже трясло от волнения. — Да, Степан Андреевич, я внимательно вас слушаю.