Опасная помощница

Конечно, у нас другой случай, но… Я понимаю, что сейчас ты отдаёшь моему ребёнку своё здоровье, ты всё делаешь для того, чтобы он хорошо развивался. Я очень это ценю, Алиса. Это огромный и важный труд. И, конечно, твои эмоциональные и физические затраты должны быть компенсированы. Прочитай этот контракт, пожалуйста.

Я во все глаза смотрела на мужчину. Наверное, взгляд у меня был безумный. Я не могла понять, зачем он всё это говорит… Как он может?

Он деньги мне предлагает? За моего ребёнка?

Да он совсем ненормальный!

Я подскочила с кресла, схватила со стола контракт и наотмашь хлестнула им Степана прямо по лицу.

Потом отшвырнула бумаги в сторону и залепила мужчине оглушительную пощёчину. Он даже не пошевелился, превратился в истукана, только желваки играли на скулах, и взгляд потемнел.

— Как ты смеешь предлагать мне деньги?! — закричала я в слезах. — Не смей! Даже не говори мне о деньгах! Ты хочешь купить моего ребёнка?! Хочешь отобрать его у меня?! Так я тебе его не отдам! Даже не надейся!

Совсем потеряв рассудок от ярости и отчаяния, я принялась колотить Степана кулаками по плечам.

Плечи были каменные, я только сильнее зарыдала — теперь ещё и от боли.

— Маленькая… Да ты же руки отобьёшь об меня, — с жалостью пробормотал Демидов и перехватил мои запястья. Притянул ближе, лишил возможности двигаться, силком усадил на колени и прижался губами к мокрой от слёз щеке. — Милая, успокойся… Извини, что довёл тебя…

— Я не подпишу твой гадкий контракт! — выкрикнула сквозь рыдания.

 — Я не стану суррогатной матерью! Я настоящая мать этому ребёнку, ясно?! Настоящая! Я его люблю, обожаю! И никому его не отдам!

— Алиса, пожалуйста, успокойся… Мне очень жаль… Я всё сделал неправильно… я полный кретин! Прости меня, прости!

Он несколько раз за вечер подходил к двери Алисиной спальни. Сначала оттуда доносились всхлипывания, и сердце Степана сжималось от боли. Что же он натворил… Довёл беременную женщину до такого состояния!

Он проклинал себя за это. Ему хотелось разворотить весь номер, отбить кулаки о стену, хотелось орать и крушить мебель.

Что же он за идиот такой?! Нельзя было действовать так прямолинейно.

Суррогат — это подделка, заменитель. В присутствии Алисы даже и произносить нельзя было это словосочетание: суррогатное материнство. Она решила, что он считает её искусственным заменителем, инкубатором для ребёнка.

Как же она ошибается!

Возможно, если бы он подготовил почву, зашёл с другого боку, Алиса бы так не взвилась.